После обеда все перешли в гостиную. На небе стали собираться тучи, и в комнате похолодало. Орлица передёрнула плечами, задумчиво глядя в окно, и едва заметно вздрогнула, когда муж укрыл её плечи шалью.

– Спасибо, дорогой!

– Тебе не дует?

– Нет-нет! Присядь! – женщина усадила авилака рядом с собой.

Сидни улыбнулась, наблюдая за ними. Возможно, шутки Майлза Керрингтона и не были самыми смешными, а Марджи порой казалась чересчур шумной, но то, что в этой семье любят и уважают друг друга, было очевидно. Девушка уже свободно отвечала на вопросы родителей Джейкоба, не боясь нарваться на пренебрежительный взгляд или насмешку. Даже поспорила с вером Керрингтоном, когда тот заявил, что женщинам не место в армии.

– Не должно девушке выполнять мужскую миссию защитника!

– Но если это могу сделать только я? Если ночных птиц слишком мало? – возразила оборотница.

– А если это мечта?.. У мечты нет полового различия, дорогой! – вступилась за сову Марджи Керрингтон и сказала: - Вспомни! Наш Джейкоб с детства грезил военной карьерой и отказывался рассматривать все другие варианты. Хотя мы предлагали любой университет в любой стране. Возможно, Сидни тоже мечтает стать кене?

Девушка задумалась.

– В моём случае всё куда прозаичнее. Я мечтала добиться большего, чем фасовщица на местной фабрике. И «Пернатая» академия дала мне такой шанс.

Она перехватила понимающе-сочувственные взгляды и покачала головой.

– Не надо меня жалеть. Я рада, что всё сложилось именно так.

– А уж как я рад! – тут же откликнулся Джейкоб.

Но с чего бы авилаки ни начинали разговор, неизменно возвращались к Перелёту. Всё-таки мысленно Керрингтоны сейчас были с самым младшим членом семьи – Норманом. И когда им сообщили, что хищная стая добралась до места испытания, все немного перевели дух. Теперь молодняку предстояло самостоятельно выжить в диком лесу. Майлз украдкой потёр грудь и, извинившись, скрылся на балконе, спустя какое-то время Джейкоб вышел за ним. Сидни видела, как оборотни стоят рядом, плечо к плечу и разговаривают. От этой картины веяло таким теплом и умиротворением, что она растрогалась.

Рядом тихонько стукнул стакан.

– Персиковый сок. Джейкоб предупредил, что ты любишь именно такой.

– Спасибо!

Поблагодарила девушка, такое внимание было приятно. Марджи присела рядом и с улыбкой глянула на мужа и сына.

– Они очень близки. Так было всегда. Даже птенцом Джейкоб больше тянулся к отцу, чем ко мне.

– А Норман?

Орлица мученически застонала и закатила глаза.

– Норман – наш любимчик и баловень, причём с детства. Я не говорю, что мой младший сын вырос зазнавшимся мажором, привыкшим, чтобы все его желания исполнялись, но определённая доля эгоизма в нём есть.

Сидни вспомнила своего брата и усмехнулась: ситуация была ей знакома. Она перехватила пристальный, изучающий взгляд женщины и неуютно заёрзала. Вместо самостоятельной, уверенной в себе девушки вдруг вернулась молчаливая, всего боявшаяся девочка из бедной семьи, чудом попавшая в дом богачей.

– Сидни, – позвала орлица, – всё хорошо? Ты побледнела!

Сова нервно улыбнулась.

– Простите, я… Не обращайте внимания.

– Это сложно, знаешь ли! – хмыкнула женщина. – Когда невеста твоего сына чуть ли не падает в обморок! Я такая страшная?

– Я не падаю! Так… мысли разные, - Сидни нахмурилась. – Я же не наивная дурочка, и понимаю, что выбор Джейкоба вас неприятно удивил. Не такого вы ему желали.

– Мало ли чего я ему желала!.. Когда-то я хотела, чтобы мой сын стал экономистом и продолжил семейное дело, а он поступил на военный факультет, - Марджи посмотрела на поникшую девушку.
– Джейкоб – мой сын, мой любимый и желанный ребёнок, мой первенец! И прежде всего я хочу, чтобы он был счастлив... Я никогда не видела Джейкоба таким, как после вашего знакомства. До сих пор помню, с каким восторгом он рассказывал о новеньком «ночнике», когда ты только появилась в Элатре. А потом… Все влюблённые похожи. Эти несчастные глаза и поникшая голова! Я знала, что у вас не сладилось, - женщина вздохнула.
– Наверное, я немного фаталистка, но я верю, что если человек твой, то он никуда не денется. Так и вышло! Перед Камингаваном Джейкоб пришёл домой, шальной от радости. Я думала, он предвкушает новые свершения, а оказалось, вы поговорили и ты дала ему надежду. Джейкоб смеялся как мальчишка!.. Он светится, когда смотрит на тебя. И я, как мама, радуюсь вместе с ним.

Сова качнула головой.

– Я из простой семьи, фири. Мои родители вполне могли работать у вас слугами. Понимаете?

– Мы не маги, Сидни. У нас нет аристократии как таковой и нет обязательств перед родом. Мы оборотни, для нас важна сила. Поэтому сегодня Джейкоб и прилетел домой, ведь решалось будущее его брата. И окажись Норман слабым орлом, не помогли бы ни наши связи, ни богатство, - Марджи тряхнула головой, сбрасывая напряжение последних дней. Потом посмотрела на притихшую девушку и улыбнулась: - Как оборотень ты весьма сильная гамма и вполне подходишь нашему сыну. Деньги?.. Деньги при желании можно заработать, а вот счастье - нет.

Сидни с интересом слушала орлицу.

– Обычно родители более рациональны. Понимают, что на одной любви семью не вытянуть.

Марджи, немного подумав, пригласила сову пройтись по саду.

– Дождя нет. А вечером там вкусно пахнет маттиола.

Девушка согласилась, понимая, что предстоит откровенный разговор без свидетелей.

Оборотницы не спеша шли по дорожке, любуясь цветами и аккуратно подстриженными кустами. С балкона дома им помахали мужчины. Марджи радостно помахала в ответ и обратилась к сове: