Я постучал в рыжую досщатую дверь. Вышла женщина с черными, подкрашенными волосами. Она была большой и грузной, около пятидесяти лет, хотя подкрашенные волосы делали ее старше. Приятная на вид, но не такая красивая, как ее дочь. В лучах полуденного солнца ее голова из-за самодельной покраски отливала всеми цветами радуги.

– Что вам нужно?

– Мне необходимо поговорить с вами.

– Снова о Китти?

– Да.

– Я ничего о ней не знаю. Это я сказала и другому и это говорю вам. Я много работала всю свою жизнь, и я могу держать голову высоко в этом городе.
– Она задрала подбородок.
– Мне было нелегко, а Китти не была помощницей. Она давно не имеет ничего общего со мной.

– Она ваша дочь, не так ли?

– Да, полагаю, что так.
– Она говорили резким голосом.
– Она не вела себя как дочь. И я не отвечаю за ее поступки. Я, бывало, избивала ее до крови, но ничего не помогало. Она была всегда необузданной, насмехалась над учением нашего Господа.
– Она возвела очи к небу. Ее собственные глаза были тоже непокорные.

– Могу я войти в дом, миссис Секджар? Меня зовут Арчер, я частный детектив.
– Ее лицо оставалось каменным, и я быстро продолжил: - У меня нет ничего против вашей дочери, но я разыскиваю ее. Она может знать кое-что относительно убийства.

– Убийства?
– Миссис Секджар испугалась.
– Тот, другой, ничего не говорил об убийстве. Это приличный дом, мистер, - произнесла она с достоинством бедного человека.
– Это первый случай после того, как Китти ушла из дому, что полицейский пришел ко мне.
– Она быстро оглядела улицу, будто ее соседи подсматривали за нами.
– Думаю, вам лучше войти.

Она отворила дверь. Комнатка была мала и бедно обставлена: кровать и два стула, вылинявший тряпичный ковер, телевизор, настроенный на дневной сериал, где, как я уловил, говорилось, что дела в мире идут совсем плохо.

Миссис Секджар выключила его. На телевизоре лежала большая Библия. Дешевые расклеенные картинки на стенах были все религиозного свойства.

Я присел на кушетку. Мне показалось, от нее слегка попахивало запахом Китти. Слабо, но явственно чувствовался запах ее духов. Странно. В этом доме? Это был уже не аромат святости.

– Китти была здесь вчера, правда?

Миссис Секджар кивнула.

– Она перелезла через забор со стороны путей. У меня не хватило духу ее прогнать. Она казалась очень напуганной.

– Она что-нибудь вам рассказала?

– Это ее дела, и касаются ее. Мужчины, с которыми она имеет дело, гнилье и хулиганы.
– Она сделала вид, что плюнула.
– Давайте, об этом мы не будем говорить.

– Наоборот. Мне кажется, что нам необходимо кое-что прояснить, миссис Секджар. О чем Китти говорила с вами прошлым вечером?

– Не много говорила. Она плакала. Я думала, моя дочь пришла ко мне на какое-то время. Она осталась на ночь. Но утром она стала такая же непокорная, как всегда.

– Ну, не настолько же?

– Может быть, и так. Она была очень послушной девочкой, пока отец был с нами. Но Секджар заболел и провел последние два года в Окружной больнице. После этого Китти словно подменили. Она стала упрямой, как гвоздь. Она обвиняла меня и других в том, что поместили его в Окружную больницу нарочно. Будто у меня был выбор.

Когда ей было шестнадцать, она отрастила длинные ногти, а я их обрезала. В отместку она пыталась выцарапать мне глаза. Если бы я не была сильнее, она бы сделала меня слепой. После этого с ней не стало никакого сладу. Она сбесилась из-за мальчишек. Я пыталась приструнить ее. Я знаю, что значит путаться без разбору с мальчишками. И чтобы насолить мне, она вышла замуж за первого мужчину, который сделал ей предложение.
– Она помолчала с сердитым видом.
– Тот, кто умер, это не Гарри Гендрикс?

– Нет, но он сильно избит.

– Да, об этом я слышала в больнице. Я помогаю там сиделке, - заявила она с какой-то гордостью.
– Кого убили?

– Женщину, по имени Мариэтта Фэблон, и мужчину, по имени Фрэнсис Мартель.

– Я ни об одном из них не слышала.

Я показал ей карточку Мартеля с Китти и Лео Спилменом на переднем плане.

Она взорвалась:

– Это он! Это тот человек, который увел ее от законного мужа.
– Она тыкала пальцем в голову Спилмена.
– Я готова убить его за то, что он сделал с моей дочерью. Он забрал ее и вывалял в грязи. А здесь она сидит со скрещенными ногами, улыбаясь, как кошка.

– Вы знаете Лео Спилмена?

– Это не его имя.

– Кетчел?

– Да. Она привела его к нам в дом. Это было лет шесть или семь назад. Она сказала, что он хочет сделать что-нибудь для меня. Этот тип всегда хочет сделать что-нибудь для тебя, но не успеешь оглянуться, как он завладел тобой. Так он завладел Китти. Он сказал, что у него квартира в Лос-Анджелесе, и я могу там жить, и уйти из больницы, и больше никогда не работать. Я ответила ему, что предпочту честно зарабатывать себе кусок хлеба, чем пользоваться его деньгами. Они уехали. Я не видела ее до прошлой ночи.