– Что вы здесь делаете?

– Этот человек попал в аварию. Я собираюсь доставить его в больницу.

– Это сделаем мы.

Это был молодой офицер со срывающимся голосом. Он взял Гарри из моих рук и положил его не заднее сиденье своего автомобиля. Затем он повернулся ко мне с рукой на пистолете.

– Мне кажется, его избили.

– Да.

– Дайте посмотреть ваши руки. Подойдите к свету.

Я показал свои руки в луче фар. Второй полицейский сошел с шоферского места и подошел сзади.

– Я не бил его, можете сами посмотреть.

– А кто это сделал?

– Не знаю.
– Мне не хотелось затрагивать вопрос о Мартеле.
– Я увидел разбитый автомобиль, открыл багажник, а там лежал он. Это его машина. Думаю, что ее украли.

– Вы его знаете?

– Слегка. Его зовут Гарри Гендрикс. Мы оба остановились в отеле "Брейкуотер". Можете найти меня там позднее, если понадоблюсь. Сейчас лучше было бы доставить его в больницу.

– Не беспокойтесь, мы это сделаем.

– В какой госпиталь?

– Районный госпиталь, если только вы не заплатите за него. Благотворительный требует дневной залог.

– Сколько это?

– Двадцать долларов за место.

Я дал ему двадцать долларов из денег Питера. Офицер сказал, что его имя Вард Расмуссен и он принесет мне квитанцию из госпиталя.

Вестибюль отеля был пуст за исключением древнего привратника, спящего на кушетке. Я дотронулся до него. Он вздрогнул и позвал Марту.

– Кто такая Марта?

Он протер заспанные глаза.

– Я знал девицу Марту. Я позвал Марту?

– Ну да.

– Наверно, она снилась мне. Я знал такую в "Красном обрыве". Марта Трют. Я родился и вырос в "Красном обрыве". Это было давно.

Он прошел за стойку, зарегистрировал меня и дал ключи от комнаты 28. Электрические часы над его головой показывали пять минут четвертого.

Я спросил старика, не возвращалась ли рыжеволосая женщина, миссис Гендрикс, в отель. Он не помнил. Я покинул его, и он продолжал трясти головой над воспоминаниями о Марте Трют.

Я упал в кровать и не видел никаких снов. Ветер затих перед рассветом. Я услышал тишину и проснулся, не понимая, чего не хватает. Серый рассвет затуманивал окно. Я слышал плещущее море, перевернулся на другой бок и снова заснул.

Разбудил телефон. Дежурный сказал, что меня спрашивает полицейский. Утро было в разгаре - без четверти восемь, по моим часам.

Решил позвонить Эрику Мальковскому. Он оказался в студии.

– Не спали всю ночь, Эрик?

– Я встаю рано, и уже сделал несколько увеличенных снимков с того негатива. На них кое-что проступило, и я хотел бы вам показать.

– Что это?

– Посмотрите и сделайте свои выводы.

– Вы можете привезти их ко мне в отель?

Он сказал, что сможет.

– Я буду либо в комнате 28, либо в кафе.

Натянув одежду, я отправился в вестибюль. Молодой полицейский принес шляпу Гарри. Он вручил мне также квитанцию на двадцать долларов.

– Мне не хотелось вас будить так рано, - сказал он, - но я ухожу с дежурства.

– Уже время, я уже встал. Как Гарри?

– Он выползет. Они переведут его в районный госпиталь, если вы не внесете за него деньги.

– А есть ли смысл?

– Это их бизнес. Я видел, как люди умирают на дороге между районным госпиталем и Благотворительным. Я не хочу сказать, что он обязательно умрет. Доктор сказал, что он будет в порядке.

– Если по существу, то он мне не друг.

– Его дружба вам уже стоит двадцать долларов. Если вы случайно навестите его в госпитале, не могли бы вы отдать ему шляпу. Я взял ее из машины, до того как рабочие оттащили машину на свалку. Это хорошая шляпа, и он захочет получить ее обратно.

Он дал мне шляпу. Я не стал обращать его внимание, что на ней значится другое имя. Я гадал, кто такой Л.Спилмен и как она попала к Гарри.

– Машина полностью изношена, - сказал Расмуссен.
– Она не много стоит, но автоворы есть автоворы. По дороге мы наткнулись на трех подозреваемых. Они сами нам помогли. Один из них поранил голову во время аварии, и дружки привели его в пункт "Скорой помощи".

– Это сборщики апельсинов?

– Простите?

– Один белый и два темнокожих собрата?