Шрифт:
— Ты загадала желание? — спросила Лина.
— Какое?
— Вот и я спрашиваю. Тот, кто найдёт цветок папоротника, может загадать желание, и оно сбудется.
— А. Конечно, загадала! Но я ребёнком была, попросила себе собаку. Сбылось, кстати, а то родители никак не разрешали, а на следующий день сдались.
— Хорошая история! — кивнул Алех. — Но вам повезло. Совы убили столько людей, что одним куском мяса не откупишься.
— У них просто золы не было… Но я знаю, про что говорю. Княжна, сожалею вас огорчать, но не хотели бы вы повернуть назад? Мои ноги порядком устали, да и шуба не такая тёплая.
Лина отвлеклась от своих мыслей про Сов и про исполнение желаний у белых цветов папоротника.
— Конечно! Пойдёмте назад, я и сама уже утомилась.
Алех кивнул и плавно повернул вспять. Дом снова начал приближаться. В лесу раздался тихий вой.
Глава четырнадцатая. Одну декаду назад на Острове Цветов. Анжей
Он открыл глаза и тут же зажмурился — его ослепило яркое солнце.
Как так? Только же была темнота! Сколько он проспал?
Грудь напряженно ныла, словно туда кто-то бил. Вокруг пели птицы.
Полежав немного, зажмурившись, и с натяжкой вспоминая, что, собственно, произошло, Анжей почувствовал странную вещь: ему было жарко. Жарко! В самом начале зимы!
Что-то странное происходит.
Осторожно огляделся: вокруг царило лето. Над разнотравьем порхали бабочки, яркая листва деревьев мирно качалась на ветру, птицы выводили трели. Повсюду сновали животные: белки, мыши, зайцы. Летали стрекозы и толстые изумрудные жуки.
Никто из них не обращал внимания на мальчишку.
Анжей дотронулся до сердца, вздрогнул, обнаружив засохшую кровь, и резко вспомнил всё. Жатва! Его утащили во время Жатвы! И убили! Точнее не так: убили, потом утащили.
Так это что, мир Маяка? Вот куда попадает человеческий Свет после смерти?
А Анна? Она же в порядке? Надо спросить у кого-нибудь…
С усилием ему удалось подняться, но голова кружилась так, что приходилось двигаться медленно. Он снова огляделся, но не видел ничего, кроме тысячи самых разных соцветий.
Кричать не отважился — мало ли кто его услышит! Если он умер — то это одно, а если не умер, и это остров Цветов?
Все говорили, что баши пожирают Свет людей, но Свет Анжея был при нём.
Значит, не умер. Наверное.
Летом очень сложно бояться: солнце — лучший щит от страха, поэтому, несмотря на все опасения, мальчик всё же робко пошёл вперёд. Куртку и шрем снял, оставшись в рубахе.
Деревья он не узнавал: невысокие, узловатые, с узкими листьями и яркими плодами, зато над кронами, на фоне ясного неба, он отчётливо видел самое больше дерево в своей жизни.
Как и любой житель Калахута он знал: случилась беда — ищи Маяк. Огромное дерево Маяк по всем параметрам напоминало, поэтому мальчик побрёл в его сторону.
Идти было неудобно: приходилось почти прыгать по свободным от цветов островкам, но в конце концов он добрался до узкой тропинки. Её перебежала белка, не обращая на человека никакого внимания.
Хоть чему-то можно было радоваться: наблюдать за животными вблизи! Странно, что они непуганные, но, может, с башами дружат и приняли мальчика за одного из них…
Бах!
Удар пришёлся по плечу и уронил Анжея на землю. Он вскрикнул, больно приложившись затылком, и инстинктивно закрылся руками, но противник мигом их отбросил, наклонившись к его лицу.
Это была красивая девушка с рыжими кудрями, чуть светлее, чем у самого Анжея. Из одежды на ней была крапивная рубаха и широкие штаны. Ни единого изъяна на коже, даже родинок нет; а клыки она охотно демонстрировала, алчно скалясь.
— Нашла, нашла, нашла! — прокричала она крайне неприятным для такой внешности голосом.
— Что… что нашла? — пробормотал напуганный мальчишка.
Вот сейчас она его съест, а он даже не успел подумать, как там мама с папой. Глупо! Они всегда учили, что о них нужно думать в первую очередь, а он это сделал в последнюю.
— Твой Свет! Нашла твой Свет!
Она кинулась к его шее, открывая пасть. Анжей тщетно дёрнулся назад, прощаясь со всем миром, но внезапно девушка взвизгнула, захрипела и отскочила прочь, держась за волосы.
Анжей перекатился на живот и тут же встал, в любой момент готовый бежать, но понял, что смысла нет: тот самый юноша, что напал на его сестру, держал девушку за волосы. Рыжая стояла на коленях, извивалась, но вырваться не смела, а блондин тихо говорил: