Шрифт:
(Уходит.)
Донья Инес
И свои Также Клара предъявляет На него права.(В сторону.)
Желает Дон Хуан моей любви! Я скажу ему: убей Хиля, буду я твоей! Вот записка.(Кидает ее.)
Вы же с нею Отправляйтесь к даме, чей Он поклонник. Хоть едва ли Целомудренна она [395] … Низкий выпьет и вина, Что другому подавали.395
Хоть едва ли целомудренна она. — В подлиннике: «хотя она не целомудренная Лукреция» (о Лукреции см. примеч. 289).
(Уходит.)
Караманчель
Другу столько — и зараз — Преподносит донья перцу, Что и английскому сердцу Не по вкусу будет, — да-с! Отдал я напрасно это Ей письмо… Но для меня Тайна хуже ревеня: Не могу сдержать секрета.(Уходит в одну дверь; в другую входят донья Хуана и Кинтана.)
Сцена 4
Донья Хуана, в мужском платье, Кинтана
Кинтана
По тебе творит обедни Он, — тебя душою мнит В муках.Донья Хуана
Что ж, и то не бредни!Кинтана
В то же время он спешит Свататься к Инес.Донья Хуана
Последний Путь теперь передо мной: Напишу отцу в письме я, Что я при смерти. Виной Дон Мартин. Кинжал злодея Лишь за то, что быть женой Я ему хотела, рану Мне нанес. И в Алькоркон [396] Он отвез меня. К обману Приложил убийство он, Обезумев от дурмана Страсти к некоей Инес; Напишу, что он назвался Хилем, от меня исчез, И смертельным оказался Тот удар; что от небес Справедливое отмщенье Это дочери дурной, Что, нарушив запрещенье Отчее, отца покой, Причинила огорченье Старику; но если есть В нем любовь ко мне, умершей, У отца осталась месть, — Да заплатит смертью горшей За поруганную честь.396
Алькоркон — деревня, расположенная в десяти километрах к юго-западу от Мадрида (см. также выше о дате пьесы).
Кинтана
Но к чему уловка эта?Донья Хуана
Чтоб отправился отец И потребовал ответа У Мартина наконец, Как меня лишил он света Божьего. Я отплачу Дон Мартину! Я покоя Не давать ему хочу Ни на миг, пока его я От любви не излечу.Кинтана
Да, тебя иметь опасно Недругом.Донья Хуана
Врагу отмстить Может женщина прекрасно.Кинтана
Мне осталось известить О твоей кончине, — ясно.(Уходит.)
Сцена 5
Донья Клара, донья Хуана
Донья Клара
Да, сеньёр дон Хиль, не раз Вы, как рыцарь благородный, День могли найти у вас Для меня один свободный. Хоть не день, хотя бы час. Вам Инес милей… Я тоже Дом имею, как она, Состоянья наши схожи, И не меньше влюблена Я ее.Донья Хуана
В меня?Донья Клара
В кого же?Донья Хуана
Донья Клара, если б знал Я о счастье, столь богатом, Раньше, верьте, я бы стал Вашей красоты пиратом, — Если кто бы пожелал Их присвоить, ваши ласки. Все же, думая о том, Как ничтожен я, без краски На лице могу ль в моем Чувстве к вам открыться! — Баски Так застенчивы… Когда Встретил в первый раз в саду я Вас, вы унесли тогда Часть души моей. Горю я Саламандрой [397] навсегда С этих пор… Где дом ваш, дама Сердца моего? Какой Вас преследует упрямо Кавальеро?397
Горю я саламандрой. — По древним и средневековым поверьям, саламандры жили в огне не сгорая. Отсюда саламандра — олицетворение стихии огня.
Донья Клара
Знайте ж, мой Дом находится у храма Сан-Луиса [398] … Много их, Кто влюблен в меня. Бесцелен Весь их пыл. Один жених У меня — дон Хиль. Он зелен, Это — цвет надежд моих.Донья Хуана
Дайте мне поцеловать Эту руку.(Целует ее.)
Я желаю Вашу милость оправдать.398
У храма Сан-Луиса. — В подлиннике: «у рынка св. Луиса», который в XVII веке находился в верхней части улицы (идущей в гору) Монтера (Б. К.).
Сцена 6
Донья Инес за занавеской. Прежние
Донья Инес (про себя)
На минуту, как была я Позвана отцом опять, Здесь оставила сестру я… Кто-то с нею? — Боже мой! Хиль, которого люблю я! Кто во всем портрет живой Той, к кому его ревную! Приложил к своим губам Он кузины руку… Боже! Безбородый мальчик сам, И такой негодный! Что же, Что они решают там? Я подслушаю отсюда. Я от бешенства дрожу!