В замкнутом пространстве фургончика, который во время переездов они делили с Люком и который сейчас был припаркован под кленом у заднего крыльца дома, было жарко и душно, в воздухе не наблюдалось ни малейшего движения. Денни закрыл дверь, выключил свет и растянулся на краю двухместной койки. Затем положил одну руку на лицо, прикрыв ею глаза.

Он слышал голоса Люка и Тимми из кораля, но у него не было никакого желания присоединяться к ним, потом он слышал, как мать вышла к ним, а затем снова вернулась в дом. А сейчас он слышал знакомую мелодию «Малыш Денни», доносившуюся из окон гостиной, как аромат распустившихся роз.

Но ты вернешься, когда летняя трава начнет желтеть…

Должно быть, он сходит с ума.

Несколько часов назад, еще до обеда, Эрин уехала с Кеном; они оба шутили и смеялись, что-то поясняя друг другу. Эрин взяла его брата под руку, ее зеленые глаза засияли, как некогда сияли только для Денни. Но прежде чем уехать, Эрин объявила, что взяла в магазин пожилую женщину и больше не нуждается в его помощи. Черт побери!

Денни полагал, что он и Эрин никогда не достигнут согласия. Она продолжала считать себя одинокой, а он настаивал на том, что они все еще женаты.

Зачем ему все это, он не смог бы ответить даже себе самому. Нет, ему не следовало возвращаться.

Со вздохом он повернулся на другой бок. После Энниса и Ливингстона бок снова разболелся; несомненно, это возраст давал себя знать. Господи, чего бы он только не отдал, чтобы снова быть восемнадцатилетним и таким же жарким вечером, как сегодня, целовать Эрин на самой верхушке чертова колеса, еще раз запереться в темной старой землянке, как недавно в подвале ее магазина, чтобы она сама пришла в его объятия…

Денни выругался.

Какого черта он лежит здесь и страдает из-за женщины, которая никогда не будет принадлежать ему? Нет, страдает из-за Эрин. С момента своего приезда Люк убеждал его уехать, а он посылал его далеко-далеко. Но вот почему Люк не уезжал, Денни не мог понять. Если они вскоре не приступят к работе, Денни лишится своих сбережений, а возможно, и фургона и провалит сезон. Завтра, решил он, завтра они непременно уедут.

Перевернувшись на другой бок, Денни приподнялся на локте и через маленькое окошко над кабиной посмотрел на пустую подъездную аллею. Будь он проклят, если сегодня вечером станет дожидаться возвращения Кена, сидя в его хибаре.

После того как он предложил Эрин помогать ей в магазине и вечером того же дня поссорился с Кеном, Денни ночевал у брата на диван-кровати, однако не подчинился приказанию Кена совсем перебраться к нему из дома. Но кушетка в рабочей комнате Мег была узкой и неудобной, из-за нее болела спина. Он прекрасно понимал, почему Эрин не хочет, чтобы он оставался на ночь в доме; как выразился Кен, однажды ночью Денни «мог попытаться снова забраться к ней в постель». По мнению Денни, Кен не имел никакого права указывать, в какой постели ему спать, потому что сам бегал за его женой. Но Денни и без него принял такое же решение, он и так слишком много ночей провел в комнате по соседству со спальней Эрин, представляя ее тело, и не хотел больше подвергать себя искушению.

Но к сегодняшнему вечеру это не относилось. Как бы то ни было, он дождется возвращения Эрин.

Спустя некоторое время свет фар скользнул по потолку над койкой, Денни молниеносно сел и почувствовал, как заколотилось у него сердце; мать давно перестала играть, и был слышен только стук двигателя автомобиля и стрекотание сверчков.

Как маленький ребенок, подсматривающий за своей приходящей няней и ее приятелем, Денни из окошка следил за Кеном и Эрин, которые остановились на ступеньках заднего крыльца. Он услышал мелодичный смех Эрин, а затем увидел, как Кен склонился к ней, чтобы поцеловать ее на ночь. Поцелуй слишком затянулся, но Денни не мог заставить себя отвернуться. Приятно ли Эрин или она старается оттолкнуть Кена? Они отошли в тень навеса, и он их больше не видел. Наступила тишина, несколько томительных минут тишины.

На арене родео Денни никогда не позволял ни человеку, ни животному перехватить инициативу, если он мог воспользоваться своим преимуществом. Он подумал было выскочить во двор и наброситься на Кена с кулаками, но это только рассердило бы Эрин, тогда он решил, что просто спокойно выйдет своей обычной походкой. Но не успел он спустить ноги с кровати, как дверь фургона открылась и вошла Эрин.

– О, я принял тебя за Люка, – приветствовал ее Денни.

– Люк поехал в Диллон, – Эрин виновато замерла у двери, – еще раз посмотреть фильм об объездчике быков.

– Должно быть, у него ностальгия.

– Он хотел взять с собой Тимми, но Мег посчитала, что последний сеанс заканчивается слишком поздно. – Эрин должна потом еще поговорить дома с Мег. – Ну и духота здесь. – Эрин вытерла лоб. – Зачем ты все позакрывал в такой жаркий вечер?

– Разве жарко? – Его темно-синяя тенниска была насквозь мокрая. – Я не замечал.

– У тебя плохое настроение, – заключила Эрин.

Денни ничего не сказал, и она, постояв у двери еще несколько секунд – а может быть, минуту или еще дольше? – прошла мимо встроенного столика и кухоньки, подошла к разобранной двуспальной койке, уперлась в матрац обеими руками и заглянула ему в глаза.