Он слегка пожал плечами:

— Всё в рамках фундаментальной науки. Исследования проводятся на добровольной основе среди сотрудников Института. Никаких вмешательств в биологические структуры или работы с пациентами.

Сафронов прищурился:

— И над кем вы тогда ставите испытания?

Михаил растерялся. Легенда не предусматривала таких деталей. Он почувствовал, как на мгновение замер, но быстро нашёлся:

— На мышах, — ответил он.

Однако он прекрасно понимал, что его замешательство было заметно даже без каких-либо линз.

Тем временем сотрудница инспекции закончила беглый осмотр прихожей и бесцеремонно направилась в другие комнаты. Анна не выдержала.

— Что вы себе позволяете? Моя мать — общественный деятель и член множества организаций, а мой отец работает в администрации города и достаточно влиятельный человек. У вас будут проблемы. Пожалуйста, представьтесь как положено, обозначив ваше имя, фамилию и должность! — потребовала Анна.

Женщина-инспектор с надменной, почти вызывающей походкой подошла к Анне.

— Младший инспектор Комитета по этическому контролю, Виктория Александровна Гречина, — сухо представилась она, затем с вежливой, но откровенно насмешливой улыбкой протянула Анне удостоверение.

Михаил кончиками волос чувствовал, как женщина откровенно издевается, пытаясь вывести Анну из себя.

Анна демонстративно подошла к Софий и подняла удостоверение перед камерой сканера.

— София, проверь подлинность, — чётко произнесла она.

Через несколько секунд голос домашней системы подтвердил:

— Удостоверение действительно. Личность подтверждена.

Инспектор Сафронов всё это время молча наблюдал за происходящим, откинувшись на стуле и заложив ногу на ногу, явно никуда не торопясь.

— Знаете ли вы, Михаил, — начал он спокойно, — что Институт работает уже достаточно давно, причём под разными предлогами, с разным штатом сотрудников и под разными названиями, получая финансирование то тут, то там? Однако команда Института практически не меняется — только, так сказать, вывеска.

Михаил сделал вид, что удивился:

— А как это касается меня? Я долго не мог найти работу, и мне подвернулся отличный и привлекательный вариант. Почему бы и нет?

Сафронов слегка усмехнулся:

— Действительно. Почему бы и нет. У вас, молодых, всё так просто. Всё вам кажется игрой. Чем интересней игра, тем больше баллов. И никакой ответственности. Не правда ли?

Тем временем Виктория Александровна, закончив беглый осмотр прихожей, всё же направилась дальше, открыто демонстрируя своё безразличие к протестам. Анна явно была в замешательстве: остаться, чтобы послушать разговор, или пойти за младшим инспектором. Она бросила на Михаила вызывающий взгляд, словно моля сделать что-нибудь.

Михаил вежливым, наигранно дружелюбным тоном произнёс:

— Анна, проведи младшему инспектору... как её там, не помню, экскурсию по нашему дому. Пусть посмотрит. Видимо, она мало видела типовых домов.

— Не отвлекайтесь, Михаил, — спокойно продолжил Сафронов. — У неё своя работа, у меня своя. Хорошо, что вы отправили Анну с ней. Теперь мы можем поговорить более откровенно.

Он сделал короткую паузу, затем вернулся к теме:

— Возвращаюсь к вопросу. Вы знали что-нибудь об Институте и его работе до вашего прихода?

— Нет, — коротко ответил Михаил.

— Тогда вам, наверное, будет интересно, — сказал Сафронов.

Он протянул Михаилу руку, обнажая на запястье нейролин-интерфейс. Жестом он предложил скачать файл. Михаил чуть задумался, стоит ли принимать переданную информацию, но машинально протянул руку. В одно касание данные скачались и активировались.

Содержание файла эффектом дополненной реальности отразилось поверх комнаты, справа от лица инспектора. Михаил чуть повернул голову, чтобы дать открытому файлу больше пространства для отображения на сетчатке глаза.

— Файл останется у вас, — с лёгкой улыбкой произнёс Сафронов. — Там много чего интересного. Разные, более ранние названия Института, а также фамилии и имена лаборантов.

На последнем слове он сделал акцент, явно подчёркивая свою иронию и демонстрируя знание того, что реальная роль Михаила далека от простой должности лаборанта.

— Вам не любопытно, что стало с этими лаборантами и где они сейчас? — спокойно спросил Сафронов.

— Просвети же меня, раз уж начали, — с той же иронией ответил Михаил.