Внизу никого не было. Михаил поднялся на второй этаж, где застал почти всех сотрудников Института, за исключением Скалина и его робота. Команда занималась подготовкой Линь Хань к переносу тульпы. Она проходила стандартные процедуры визуализации вместе с Лилит, а остальная команда считывала волновые сигналы мозга и следила за показаниями тела и изменением её биополя.

Михаил вошёл в мониторинговую комнату и поздоровался.

— Что, дома не сидится? — спросил Артём, отвлекаясь от монитора.

Мэтью внимательно, испытывающе посмотрел на Михаила, будто уже подозревал, что тот зашёл не просто так.

— Да, осенняя хандра навалила, — отшутился Михаил и подошёл к Мэтью.

— Надо поговорить. Срочно, — тихо сказал Михаил.

— Подожди. Нужно закончить процедуры, — ответил Мэтью, не отвлекая взгляда от экрана.

— Долго? — спросил Михаил, радуясь удачному моменту изучить документы в шкафу Мэтью, если его дело займёт достаточно времени.

— Минут пятнадцать ещё.

— Хорошо, подожду.

— Не останешься тут?

— Да нет, — покачал головой Михаил. — Подожду в комнате отдыха наверху.

— Окей, — равнодушно ответил Мэтью.

Михаил поднялся на третий этаж и сразу направился к кабинету Мэтью. Дверь, к его удивлению, оказалась открытой. Он осторожно вошёл внутрь и подошёл к шкафу у стены. Аккуратно открыв дверцы, Михаил принялся искать документы, надеясь найти что-то, что могло бы пролить свет на скрытые дела Института.

Его не интересовали личные дела своих коллег. Он искал что-то иное, но бумаг было много, и почти все они касались текущей работы.

В этот момент в кабинет неожиданно ворвался Мэтью.

— Ба! Попался, — громко воскликнул он.

Михаил невольно вздрогнул, застигнутый как кот, решивший стащить еду со стола и пойманный с поличным.

Мэтью, словно проходя сквозь Михаила, неспешно направился к своему рабочему столу в конце кабинета. Сев в кресло, он взглянул на Михаила и сказал:

— Знаешь, почему я тебя выбрал?

— Почему? — в растерянности ответил Михаил, всё ещё держа в руках раскрытую папку, содержание которой он не успел прочитать.

— Мне казалось, ты доверяешь этому миру. Что ты наивен и чист. Но, наверное, ты слишком наивен. Думаешь, тут может быть что-то секретное? Вот так вот просто — в шкафчике открытого кабинета.

Михаилу было стыдно за так легко потерянное к нему доверие. Он не знал, что ответить, опустил руки с папкой, всё ещё держа её, и просто растерянно молчал.

— Стыдно? Ну что ж, есть за что, — бросил Мэтью.

— Стыдно, — честно признался Михаил.

— Ты экранировался от нас. Кто тебя надоумил? Элен? Или некто, с кем ты встречался в Индии?

— Элен, — коротко ответил Михаил.

— Тебе подослали девку, и ты купился, — усмехнулся Мэтью. — Ладно бы адекватную, а она тебе ещё и мозги делает, и ты ведёшься. Дурак.

Стыд Михаила сменился гневом. Он резко положил папку обратно в шкаф, просто воткнув её куда попало, и захлопнул дверцу.

— Это вообще твоё дело? — резко спросил он.

— А ты думаешь, у тебя есть своё дело? Ты метаешься, как пёс за каждой палкой, что тебе бросят, и носишь её туда-сюда, — спокойно парировал Мэтью.

Михаил приблизился к нему и навис над столом.

— А ты плут, что манипулирует людьми в своих интересах! — выпалил он.

Мэтью поднялся из-за стола во весь рост и упёрся лицом в Михаила.

— Ты тридцатипятилетний мальчуган, который играет в игру и не знает своего места. Сядь и успокойся, — жёстко произнёс он.

Михаил оттолкнул Мэтью обратно к стулу, но тот удержался, заняв боевую стойку. Рефлекторно Михаил нанёс удар, целясь ребром сжатой ладони в висок Мэтью, как учили на тренировках. Мэтью ловко увернулся, резко сместив центр тяжести, и оказался сбоку от Михаила, заняв более выгодное положение в тесной комнате.

Михаил сделал шаг в угол, чтобы освободить пространство для следующего удара, но быстро прикинул, что не успеет. Он оттолкнулся телом от стены и резким движением отбросил Мэтью к центру кабинета, выигрывая себе больше пространства для манёвра.

Мэтью, скользнув по полу, только улыбнулся.

— Ну давай! Нападай.

Но ярость Михаила уже стихла. Он почувствовал себя крайне глупо.

— Остыл? Садись. Поговорим, — сказал Мэтью.

Он подождал, пока Михаил сядет, а затем неспешно вернулся к своему стулу и уселся напротив.