A . Miller : привет, Виттория. Теперь моя очередь задавать странные вопросы. Не знаешь, твоего друга случайно сегодня не было в Альпах?

Виттория глупо моргнула. Неожиданный автор – и совершенно невозможное содержание самого сообщения. От удивления, она даже подсунула телефон под нос Цезарю, но тот все равно ничего не понял.

Немецкий язык так и оставался для него странным темным лесом, который почему-то записывали родными буквами.

V . Carrozzi : вот уж действительно странный вопрос. Допустим, а что?

A . Miller : видела, что случилось в Готардском туннеле?

Пинать мнимую секретность вполне можно было в обе стороны.

V . Carrozzi : обвал? Ну, видела, - с самым невинным видом набрала Виттория.

Ответ не заставил себя ждать.

A . Miller : проспала все значит, да? Они хорошо подчистили все следы в белом интернете, к утру уже ничего не осталось.

Каким-то образом само пребывание дома возвращало уверенность и, быстрее чем она успела подумать, ответ улетел Адель:

V . Carrozzi : ладно, черт с ним, мы все равно уже далеко. Да, мы были там. И я, и он. В том самом чертовом туннеле.

A . Miller : я так и думала.

V . Carrozzi : ты знаешь, что там произошло? Мы приехали в Лугано ночью, я видела все эти видео, всю шумиху в LinkedUp .

Шумиха даже не думала затихать и сейчас, но ИИ реагировали оперативно – и посты пропадали буквально на глазах.

A . Miller : то, что и должно было произойти. Кто-то или что-то потянуло за нитку – и теперь на дерьмовом свитере, который мы по какому-то недоразумению называем реальностью, красуется новая дыра. Не нравится мне это.

V . Carrozzi : почему?

A . Miller : потому что у вас там под чертовыми Альпами гребанная дыра в реальности! Пустота. Ничего. Они не смогли остановить это дерьмо даже у себя под носом, а знаешь, что это значит?

V . Carrozzi : нет.

A . Miller : дело совсем труба, вот что это значит. Обратный отсчет уже запущен.

V . Carrozzi : погоди. Если там дыра в реальности, то… Не сходится. Мы были там, в одном из поездов, и ничего подобного не видели.

– Странно, - тихо сказал Цезарь, за мгновение возвращая Витторию в реальность.

Мир, еще секунду назад бывший спокойным и стабильным, больше таковым не ощущался.

– Что такое?

Цезарь обернулся. На его лице застыла грустная и даже где-то ностальгическая усмешка.

– Это же Медиолан? – Виттория неуверенно кивнула. Название действительно было похожим, но во всей этой древней географии она совсем не разбиралась, - Я здесь почти десять лет зимовал каждый год. Последний раз проезжал буквально год назад. Тогда он был совсем другим… Очень… Странное ощущение.

Не найдя, что ответить на это странное откровение, Виттория снова уткнулась в телефон.

Ответ от Адель уже ждал, пока она его прочитает.

A . Miller : поставь своему другу виски вечером. Вы выжили только благодаря ему.

Удивленный взгляд скользнул по лысеющему затылку завороженно уставившегося в окно Цезаря.

Чушь какая-то.

V . Carrozzi : ты о чем? Это вообще как?

A . Miller : Виттория, у нас обеих будут огромные проблемы, если я тебе расскажу здесь. Может быть, когда-нибудь еще встретимся лично, тогда объясню. А пока… Просто поставь ему виски. Без него вас всех уже не было бы в живых.

Вряд ли Цезарю понравился бы виски.

Дело, вроде бы решенное, снова запахло керосином, стоило автобусу заехать на автовокзал. Спасатели развернули полноценную операцию – и их уже ожидал целый оперативный штаб. Люди в форме, мобильные пункты помощи – и ряды бесконечных столов под открытым небом.

Все это сулило только одно.

Нормальную процедуру идентификации. Которой Цезарю нужно было избежать любым путем.

Виттория озвучила все свои опасения вслух, но Цезарь только пожал плечами:

– Разберемся. Ты как хочешь, пройти эту идентификацию, или убежать?

– Тебе надо бежать, - резонно заметила она.

– А тебе?

Вопрос поставил ее в тупик на несколько секунд.

– Наверное, тоже бежать, - робко предположила она.

Что происходило в Германии с того момента, как они три дня назад сели на поезд Мюнхен-Гамбург было скрыто за туманом войны – и никакой гарантии что, при любой идентификации, их не задержат на месте, не было.

Адель могла сколько угодно уверять, что убийцы Карстена не объявляли людей в розыск по официальным каналам – но, в конце концов, откуда она могла знать наверняка?