Восемь трупов телохранителей лежали полукругом. Смерть их была мгновенной и безболезненной. Керт не стал рисковать и припечатал всех заклятием, способным убить не восемь – восемьдесят охранников.

Керт? Я прикоснулась к ближайшему телу.

Ай да Тара, бодрая бабуля. Самолично выползти из Храма, не полениться. Проделать такой путь – что там Тропы! Единственное, что заставило меня злорадно усмехнуться, – Последняя из Высших добилась своего дорогой ценой. Моё Заклинание Брони испепелило всех, кто пришёл сюда с ней и Кертом, о чём свидетельствовали три безобразных пятна на полу, натёртом до блеска. Эх, жаль не пять!

– Орри, – простонал рядом Рэй. – Они его убили?..

Я вздрогнула, совсем забыв, что привычно прихватила с собой Стража. Кинула Сеть, замирая в ожидании.

– Нет, – выдохнула с облегчением, – он пока жив. Да здравствуют древние храмовые традиции! Слушай… Я сейчас ненадолго сделаю тебя невидимым. И отправлю к Дилоне, они теперь там. Мне нужно успеть к Дирину.

Любой нормальный человек спросил бы меня зачем. Рэй только согласно нагнул голову. Покрывало Невидимости упорно не хотело ложиться на обладающего «антимагией» Стража, но моя ярость пересилила. Затем я послала его в покои принцессы. Сама прыгнула, ориентируясь на слабый отклик Сети.

В спальне лорда Авендума было на удивление светло. И пусто. Правда, едва я разглядела, кто стоит перед полулежащим в постели человеком, это перестало казаться странным. Ему, стоящему в позе победителя, окружённому мастерски сплетённой Бронёй, был не страшен ни умирающий лорд, ни его упокоившаяся навеки стража. Невидимая для него, я подошла к противоположному краю пышной постели Дирина и заглянула в лицо мага, ожидая прочесть на нём торжество.

Сам повелитель мира, пристроенный среди пуховых подушек и шёлковых одеял, выглядел измученным и усталым. Он не был стар – как все в Авендуме, я помнила, что лорду Дирину всего сто шестьдесят два года. Тем не менее его лоб и щёки прорезали глубокие морщины, а светлые волнистые волосы оказались наполовину седыми. С первого взгляда чувствовалось, что он уже не жилец на этом свете. Его изящные руки, умиротворённо сложенные поверх узорчатого шёлка, были словно выточены из полупрозрачного камня. Как маг, я ощутила неизбежное приближение смерти. Как человек, жадно изучала лицо своего лорда – властное, умное, суровое, с правильными чертами и всё ещё красивое – каким, быть может, станет века через полтора лицо Орри.

– Что тебе угодно? – нарушил гробовую тишину опочивальни лежащий. – Видишь, я не боюсь тебя, Керт.

Голос у него был слабый, но спокойный.

– А зря, – откликнулся маг. – Хоть ты и почти покойник, но одно дело принять смерть, как ласковый сон, другое – напоследок познать непереносимую боль. Но речь не об этом.

– Что тебе угодно? – вновь властно повторил Дирин.

– Да, собственно, ничего, – пожал плечами Керт. – Хотел поглядеть на тебя напоследок. Ведь мы были когда-то друзьями.

Лицо лорда исказила гримаса.

– Тогда я не знал твоей истинной натуры. Твоих безумных планов.

Маг усмехнулся.

– Разве стряхнуть с себя власть Храмов и самим распоряжаться в Авендуме – это безумие? Приструнить зарвавшихся людишек? Прибрать к рукам неиспользуемые земли?

– Попробуй, – неожиданно беззаботно отозвался Дирин. – Положим, людей ты завоюешь. Храмы, где остались одни старики и старухи, – тоже. Но Лес, Керт… Духи Леса… Сомневаюсь, что они позволят тебе нарушить Договор.

– Да видел я твоих Духов! – злобно выкрикнул Керт. – Тупые твари! Я верхом на них ездил! Жадные Жрицы запугали вас, и все твердят: «Ах, Духи! Ах, мирцри!» Послушай – я специально изловил парочку, чтобы понять, на что они способны. Обыкновенные животные из тех, что населяют Лес. Где кара за святотатство? Где обещанное возмездие?

– Возможно, ближе, чем ты полагаешь, – ответил лорд, заставив меня вздрогнуть.

Керт с тревогой оглядел его, затем успокоился.

– Что тебе ещё остаётся, как не болтать о возмездии. Сын твой у меня в руках, тот, кого я посажу вместо него, будет мне послушен. Всё выйдет по-моему, Дирин. Мне даже не пришлось тебя убивать – сам скоро сдохнешь.

– Но ты зачем-то пришёл, – губы умирающего изогнулись в презрительной усмешке, – явно не за тем, чтобы просто помучить. Так что тебе нужно?

– Свиток, – маг склонился над постелью. – Отдай его мне. Тогда смерть твоего сына не будет мучительной и долгой.

– Ты опоздал, – мне показалось, что в голосе Дирина послышалась радость. – Свиток у меня забрали.

– Кто?!

– Если я скажу тебе, что за ним пришёл сам Лиэйраль, ты мне поверишь? И имя Рион тебе ни о чём не скажет… За Свитком пришли Духи, Керт. Духи нашего мира. Ты можешь убить меня и моего мальчика, устроить резню в Авендуме… Тебе уже ничего не поможет. Я верю в неё – Последнюю Надежду…

Керт в порыве ярости вцепился в плечо лорда.

– Что за надежда?

– Узнаешь, – бледное лицо Дирина перекосилось от боли, но голос остался твёрдым: – Зря ты издевался над Пророчеством. Я, больной, страдающий старик, стоящий одной ногой в могиле, могу лишь посочувствовать тебе.

Маг отдёрнул руки. Выругался. И исчез. Я знала, что он отправился к ожидавшей его Таре и грузу из трёх неподвижных, но пока живых тел. И знала, что в любой момент могу догнать его. Потому я сдёрнула с себя Покрывало Невидимости и приблизилась к Дирину. Сейчас мне это показалось важнее, чем догонять Керта.