Возле книжного шкафа Эя всплакнула. Пустота. Одинокая статуэтка, изображающая незнакомого мне зверька. Даже ему, неживому, здесь неуютно… Эя погладила малыша по холке, потом спрятала себе за пояс и двинулась дальше. Остановилась левее шкафа. Положила одну руку на стену и легонько ударила по ней три раза мизинцем другой.

Кусок стены сдвинулся в сторону, и перед нами открылась просторная ниша. Полностью забитая свитками.

— Надо же, — удивилась Эя. — Записей Дока дядюшка не нашел?

— Что за хлам? — с ошарашенным видом Кир копался в обнаруженном тайнике. — Такую бумагу дают малышам, чтобы они ее рвали, мяли и покрывали каракулями. Свитки даже не сворачиваются обратно, в них ни капли магии! Видимо, поэтому их не заметили, когда все вывозили из лаборатории.

— Сознание Дока находилось в теле импанзе, речь получалась невнятной, и часто он предпочитал писать, — пояснила Киру Эя то, что мы с Бабой Шу уже знали. — Док сгребал сюда все подряд: и научные дневники, и обрывки разговоров, которые казались ему примечательными. Или просто под руку попадались, — добавила Эя смущенно, разглядывая клочок с надписью «ты кретин».

— Неформальные отношения с шефом, — хмыкнула паучиха.

— Папа с Доком часто ругались и спорили, а потом вместе мчались проверять очередную гипотезу, и даже поесть забывали.

— «В теле Зура не хватает карбидов. Настаиваю опробовать муассанит», — прочитал Кир и схватил следующий лист: — «Хромовая кислота (H2CrO4) Хроматы затормаживают эмоции Зура? Составить список основных минералогических классов родной планеты явленца по предоставленным кулинарным рецептам».

— Они старались Зуру помочь, — прошептала Эя и тоже потянулась за свитком: — «Я оболью Трандерскунцию кипятком, иллюзия самки гиббона — это слишком!»

Я едва удержалась, чтобы не захихикать.

— Какая интересная формула, — завис Кир над очередным листочком. — Никогда такого не видел.

Он залез в нишу по пояс, нетерпеливо вороша рассыпающиеся бумаги:

— Не то, все не то… Эя, вы позволите мне упорядочить этот архив?

— Окажите любезность, господин Кир, — церемонно ответила девушка, пряча в рукав очередной листочек с накарябанным словом «болван».

— Видимо, это надолго, — смиренно констатировала паучиха.

— Кир, с амулетом-то что? — попыталась я вернуть парня к насущному.

Кир оглянулся, неприязненно оглядел голограмму:

— Механических повреждений в нем нет. И цепочка соединений выглядит правильной. Ощущение, что потоки энергии просто перенаправили вспять, но пока не понимаю, как именно это сделали. О, до чего неожиданный вариант трансмутации! — глаза парня расширились, уткнувшись в очередной свиток, выуженный из кипы. — Преобразовать гидроксиды в галогениды, обработав стихию воды рунами выявления неверности?!

— Потерян для общества, — поставила я диагноз и предложила: — Давайте поставим амулет Эи на подзарядку. Куда бы ни направлялись неведомые «потоки», как батарейка для магии Бабы Шу он был очень неплох.

— Я знаю, как это сделать, — вызвалась Эя. Кир, погрузившийся в записи Дока, перестал реагировать на внешние раздражители вроде чьих-либо слов.

Мы успели приготовить себе чашечку местного кофе, даже со сливками, и удобно расположились на пустующем подиуме, обтекающем все изгибы фигуры. Погруженный в мир гения Дока, Кир решил применить навыки ассистента, и теперь раскладывал бумажки по стопкам, согласно собственной классификации. Одни документы он бережно расправлял, цепляя друг к другу скрепками, другие небрежно отшвыривал в растущую кучку с презрительным наименованием «Прочее». Я подняла листок, отлетевший нам под ноги: «Настаиваю, что пальцев на хвосте должно быть не менее трех». Ага. Лучше не буду читать.

Работал Кир увлеченно. Я невольно залюбовалась. Люблю умных мужчин. Как он шевелит бровями… Интересно, а телепатический микрофон, который мы приспособили на голову, может транслировать музыку?

Что бы ему поиграть? Может, Баха, для стройности мыслей? Шопен сейчас не годится, будет только сбивать порывами тонких мечтаний. О, попробуем Моцарта, вот где в равных пропорциях «алгебра», «гармония» и своевольное вдохновение.

Эя обрадовалась, как ребенок:

«Диана, а танцевать будем? Или хочешь прилечь? Кому передать управление телом, тебе или бабе Шу?»

«Тише, егоза, не отвлекай Диночку, — заворчала для порядка паучиха, тоже предвкушая концерт. — Видишь, она подбирает магию. Заиграет — и Кир любой артефакт соберет».

Переоценивают в этом мире действие музыки. Хотя — может, в нашем к ней просто привыкли? Я взяла первые ноты. Кир вздрогнул и выронил свиток:

— Диана…

Транслятор работает! Отбросив сомнения, я стала играть. Кир смотрел на меня с… вот как описать застывшее на его лице выражение? Благоговение? Восторг? Лучше без высокопарности: в обалдении. Наиболее точное слово, да простит меня Моцарт за низкий слог. Это было приятно. Я добавила проникновенности…