– Я что-то пропустила? – Лиля подняла бровь, оглядывая девушек. – Я тут у вас всего несколько дней не появлялась, и такие вдруг страсти.

– Она ревнует, что аж сам крейт о твоём здоровье печётся, хотя ты тут всего ничего, а на неё никто из её жертв так и не посмотрел за эти месяцы, как она ни крутится. – сказала Биралда. – Ни себе, ни людям. Всё кричала – Атар, Атар, не трогайте, мой, и что в результате? Тех, кто подходил – отвергала, из намеченных ни одного не зацепила, а Келаф ещё и уезжает послезавтра вместе с меглейей Айлэм.

Лиля слегка похолодела. Она пыталась сбежать от мыслей о благодарности крейту, но Биралда напомнила ей всё, что она пыталась запихнуть поглубже в пышные цветущие кусты метафор того трактата.

– Печётся? – переспросила она, разглядывая черенок вилки, выточенный из драгоценной кости, слегка пожелтевший от времени.

– Да, – весело кивнула Юреста. – Стал бы он справляться о твоём здоровье каждый день? Он же к Лерин посылает катьонте, я сама видела... Слушай, почему ты горничную не возьмёшь? Как ты запоминаешь всех катьонте?

Лиля встала. Чёрт, чёрт... Вот и дождалась. Вот и близкое знакомство с крейтом, отложенное до её выздоровления.

– Что-то мне нехорошо, – сказала она, и вправду ощущая, как мир слегка покачивается вокруг неё. – Пойду лучше к себе в комнату.

Она сидела на кровати и размышляла, сжав пальцами виски. Нужно уходить. Нужно уходить как можно быстрее. Написать Джериллу и попросить его о помощи. Он же вывез её из того борделя, поможет и сейчас. Он поклялся помогать!

Она кинулась обратно в гостиную.

– Биралда, можно тебя ненадолго? – поманила она из-за угла.

– Что?

Лиля оглянулась по сторонам. В коридоре было пусто.

– Ты же уезжаешь в свой дом каждый вечер... Ты не могла бы передать письмо по дороге?

– Письмо? Нет, прости... Сатар очень ревнив. Если кучер скажет ему, что я передавала письмо, он устроит мне очередную сцену ревности. У тебя поклонник? – заинтересованно спросила Биралда. – Почему не через дворцовую почту? Боишься ревности крейта? И почему не крейт?

– Боюсь, – решительно сказала Лиля. – Крейт мне не нравится.

– Глупая ты. От такого почёта отказываться! Ладно. Могу тебе подсказать. Завтра будет банкет в честь Айлэм, народу тут будет просто тьма. А вот послезавтра с утра все будут ещё грустные с похмелья, да ещё и меглейю потом на корабль повезут, и все как проснутся, начнут оплакивать. – Она оттопырила большой палец и мизинец. – Ты подойди с самого утра к воротам, ну, не прямо вплотную. Дождись, когда телега в город поедет, и дай своё письмо и пару серебряных. Местные катьонте тебя сдадут, как пить дать. С ними не связывайся.

Лиля кивнула. Это звучало разумно.

– Спасибо. Не выдавай, хорошо?

– Клянусь, – сказала Биралда, поднимая ладонь. – Мы, конечно, язвы те ещё, но когда дело касается репутации – это непреложно. Как обмен сплетнями у камьеров, – хихикнула она. – Чем же тебе крейт-то так не угодил?

– Сама не пойму, – развела руками Лиля, с содроганием вспоминая красивые голубые глаза шикарного высокого блондина.

Лерин действительно пришла к ней с утра и поинтересовалась здоровьем, приглашая присоединиться вечером к банкету. Лиля вглядывалась в её лицо. Искреннее сочувствие или поручение крейта? Непонятно.

– У меня всё ещё небольшой жар, – сказала она, нервно обмахиваясь веером. – Я, пожалуй, пропущу этот банкет. Но мне уже гораздо, гораздо лучше.

– Кирья желает ещё что-нибудь? – спросила Лерин вечером, когда Лиля обеспокоенно ходила по комнатам, прислушиваясь к приглушённым расстоянием звукам музыки, что доносились из открытых окон банкетного зала.

– Нет, спасибо. Пожалуй, я лучше лягу спать пораньше.

Лерин ушла. Лиля сидела на постели, горько сожалея, что не может просто пойти на этот весёлый праздник и как следует потанцевать. Она вспоминала гуляния в честь рождения наследника крейта Риго, каштан, укатившийся под ноги Джерилла, и то, как он вешал плащ на крючок в доме на улице Веапренталме.

Невыносимо хотелось его увидеть. Она рухнула на постель. Ничего. Ничего. Она выполнила свою часть договора, и теперь Ларат выполнит свою.

Она закрыла глаза и представила дом в городе на какой-нибудь приличной улице, с купальней, с небольшим садом, уютный и тёплый зимой и прохладный летом.

– Я пойду погуляю.

Лерин вежливо кивнула.

– Кирья Солар, ты желаешь после позавтракать у себя? Или с девушками?