Он вел нас узким коридором, освещенным очень тусклым светом, исходящим от выпуклых, покрытых плесенью светильников. Мы прошли один коридор, затем свернули в другой, ничем не отличавшийся от первого. Свернув еще раз направо, остановились возле закрытой двери. Охранник постучал в дверь, и она открылась.

— Проходите, — сказал он, сам же остался снаружи.

Мы вошли в достаточно чистое просторное помещение, залитое приятным теплым светом. За столом сидел полноватый мужик с короткой аккуратной бородой, но усов не было, как, впрочем, и волос на голове. Без единой морщинки бледное лицо и задорный взгляд. Он был довольно-таки молод для такой должности. Максимум сорока лет. Окинув нас беглым взглядом, остановился на мне и улыбнулся.

— Чем могу служить? — спросил он, не сводя с меня взгляда. Я скинула капюшон и без приглашения присела на стул, который стоял у стола. Мои спутники остались стоять.

— Мое имя Ореолла, — гордо представилась я.

— Очень приятно. Рагон, — слегка склонил голову начальник охраны и вновь уставился на меня раздевающим взглядом. — Так что вас привело в столь не привлекательное и отдаленное от цивилизации место? — с явным любопытством спросил он.

— Нам нужен заключенный. Вернее, мне он нужен для очень важной миссии.

— Заключенный? — изрядно удивился начальник. — Впервые ко мне обращаются с такой просьбой. Обычно наоборот. И кто таков?

— Тот, кто крутит водяное колесо.

— Ого, да еще из числа самых опасных преступников, — продолжал удивляться он. — Я не могу вот так просто взять и отпустить убийцу и насильника. Он осужден за тяжкое преступление.

Я перевела дыхание, затем построила ему глазки, как это делала Рафила Марэку, когда хотела чего-то от него получить. Начальник изменился в лице. В его взгляде вспыхнул ядовитый огонек. Он перевел взгляд на моих спутников, затем вновь посмотрел на меня.

— Этот заключенный должен искупить свою вину и спасти человечество. Известно ли тебе, что колдун пытается завладеть миром?

— Да, я слышал о колдуне, — ответил он с явным безразличием. Словно его это абсолютно не касалось.

— И что колдун готовит армию нелюдей для захвата рудников?

— Это невозможно. Ему ничего не удастся. И потом, для чего ему захватывать рудники? Самоцветы он и так получит, если завоюет власть.

— Разве не понятно? Ему не нужны камни, ему нужны заключенные.

— Доля чего? — не поверил мне начальник.

— Для того чтобы с помощью обряда превратить их в нелюдей и получить непобедимую армию, способную убивать с жестокостью и безразличием. Самые выносливые и жестокие люди на земле собраны в этом месте. Так зачем колдуну ходить по городам и селениям в поисках нужных ему людей, когда проще прийти сюда и забрать готовое. Неужели ты думаешь, железная дверь остановит колдуна?

Выражение лица Рагона стало непроницаемым. Он молчал, размышляя над услышанным. Я его не торопила. Мне главное было получить от него одобрение, иначе мне пришлось бы брать то, для чего я пришла, силой.

— Мы могли бы поговорить наедине? — тихо спросил он после раздумий.

— У меня нет секретов от моих друзей, — в тон ему ответила я.

— И все-таки?

— Хорошо, — согласилась я.

Рагон опустил вниз рычаг, приделанный к боковой стенке стола, и дверь открылась.

— Подождите меня снаружи. Рагон хочет поделиться со мной секретом, — шуточным тоном попросила я друзей. Они молча вышли из комнаты и дверь закрылась.

— Я отпущу заключенного, но с одним условием, — сказал он и замолчал, словно выжидал чего-то.

— Какое условие?

— Я заперт в этих жутких стенах и очень редко появляюсь на поверхности земли. Понимаешь, о чем я?

— Понимаю, тебе хочется чаще выбираться на поверхность земли. Так что тебе мешает? — на полном серьезе ответила я.

— Я не об этом. Ты очень красива и юна. И мне хотелось бы…

— Тебе проще подняться на поверхность земли, — хмыкнула я, поняв, к чему он клонит. — На мне заклятие «Верности», причем дело рук колдуна.

— Колдун и ты обручены? — изрядно удивился начальник, услышав такое заявление.

— Нет. Вернее, без моего на то согласия. Я враг колдуну и жажду его смерти. И не только для того, чтобы избавиться от заклятия, но и для того, чтобы избавить людей от серьезнейшей опасности.

В дверь послышался стук. Брови Рагона изогнулись, а во взгляде появилось раздражение.

— Вообще распоясались, — прорычал он и открыл дверь.

В помещение ввалился встревоженный и запыхавшийся от быстрой ходьбы, возможно бега, охранник.

— Рагон, там пришли странные, очень уродливые люди и просятся войти. Сказали, что если мы не впустим их добровольно, то они сильно рассердятся и войдут силой. Я не сомневаюсь в их способностях сдержать данное слово.