Бросив пальто в прихожей, она вошла в комнату мелкими шажками под песню, которую мать не остановила, а довела до конца, и лишь тогда встала навстречу дочери:

— Вот, Маруся, нежданно-негаданно я обрела себе подругу. Хотели вместе повеситься, но жизнь победила!

Лучшей подругой оказалась Рая Сигурова.

Мать обняла за плечи вчерашнюю вражину, и они вместе душевно затянули про зялёненькі алешнічак, а Маруся достойно присоединилась к ним. Песня гудела слаженно, поднимала настроение, и Валентине Петровне очень хотелось закрепить этот эффект крепкой дружбы и взаимопонимания. Под последний куплет «алешнічка» хозяйка выставила на стол квадратный штоф припасённой «Зубровки».

— Нет-нет-нет, — протестующе замахала Сигурова, — мне дорогу домой надо найти, и тебе перебор, а дочке твоей — и подавно зелье

это противопоказано.

— Да она уже давно взрослая, мы ж не алкоголики, меру свою знаем, — обиделась Валентина Петровна.

— На первых неделях у ребёночка мозг закладывается. Пусть умненьким родится.

— Что это ты там лопочешь? — со смехом удивилась Валентина Петровна. — Это тебе твои тибетские шаманы нашептали? Дочка моя полновата, кажется беременной, но… Маруська, у тебя будет дитё?

— Отстаньте от меня, ничего я не знаю!

Сигурова подмигнула и даже притопнула ногой:

— А я знаю, что это будет мальчишка!

— Да ну вас, — отмахнулась Маруся.

Шутка Сигуровой была неожиданной и воспринималась как неправдоподобное событие, хотя физиологически оно могло случиться с любой девушкой, которая слушала ночью нежные слова от любимого мужчины.

Всё утро ушло на приготовление любимого блюда Олешки. Он пришёл, почти до макушки завёрнутый в красный шерстяной шарф, сразу достал большой лист бумаги со схемой дефиле и без вступления начал объяснять свой сумасшедший проект по взрыванию мозгов.

План Степана включал в себя множество технических приспособлений, которые помогли бы максимально раскрыть талант Стилиста и красавицу-модель. Он так и повторял: «красавица-модель», «красавица Маруся».

В арсенале мультипликатора был студийный ветродуй, диодные лампочки, зонты, и тонкая строительная плёнка, при помощи которой закрывали мебель во время ремонта. Предложение Олешки, выглядело фантастическим перфорированием человеческого сознания и вряд ли подходило к международному фешн. Но чем больше слушали его Стилист и Маруся, тем больше хотелось им использовать идеи Степана для творческого куража. Несомненно, в те часы тень великого Лагерфельда витала над ними.

Особое сопротивление вызвал полиэтилен. Его обозвали дешёвкой, способной унизить любую творческую мысль.

Степан выглянул в окно, оценивая силу ветра по заиндевелой берёзе, беспорядочно болтающей своими ветвями.

— Вам пора увидеть, для чего нужна строительная плёнка!

Тон его не терпел возражений. Все оделись и вышли в сад с жадным ожиданием удивиться нестандартному мышлению волшебника Олешки. В предвкушении чего-то особенного хотелось бежать за ним вприпрыжку и выкрикивать радостные звуки, как это делают дети, собираясь в цирк или на утренник. Но по-настоящему своё настроение показывал только Бекон, который гоцал возле Степана, обнюхивая его руки, пахнущие драниками со шкварками. У пса зрело подозрение, что в пакете, которым шелестел человек в красном шарфе, есть вкусная еда.

Олешка стал лицом против ветра и выпустил из рук строительную плёнку, которая затрепетала над его головой. Она выглядела живой субстанцией, студёнисто мерцала под скудным светом фонаря и напоминала кусок оторвавшегося неба. Бекон лаял на Степана, клал ему лапы на плечи, пригибая к земле, норовя повалить своим весом. Он верил в сверхмогущественную силу великого чародея в красном шарфике.

— А если на это трепетание направить лазерный проектор, получится шевелящийся огромный экран. Любой цвет, любой сюжет! Фильтр и направленный свет! Но это ещё не всё!

Степан отпустил концы полиэтиленовой фолии, она взвилась вверх, скрутилась и прилипла к яблоне, выставив надутые ветром тусклые пузыри. Ветер терзал их, и белые неровные обрывки беспорядочно летели, цепляясь за деревья, меняя скорость, траекторию своего полёта, неожиданно замирая на ветках, и снова стремительно срывались для нападения на следующее дерево. Это беспорядочное движение напоминало мелкое нашествие инопланетных существ.

Похоже, Олешка и сам удивился результату эксперимента. Он долго смотрел, как обрывки полиэтилена загаживают сад, присвистывал и сожалел, что взял с собою только одну пачку строительной фолии. Бекон бегал по замерзшему газону с обрывком плёнки в зубах, тряс головой, рвал лапами и демонстрировал своё собачье восхищение задумкой мультипликатора.

Впечатлённые свойствами простого и дешёвого материала, Маруся и Стилист застыли в ожидании новых сюрпризов.

— Да! Народ требует чуда, — многозначительно подняв указательный палец, изрёк Олешка.

Чудо содержалось в идее, что все платья надо демонстрировать сразу. Степан показал на ноутбуке выступления иллюзионистов, которые за пять минут переодевались перед публикой раз десять.

— Вот что нам требуется! — подвёл итог мультипликатор.

Завтрашним днём, не откладывая, решили попробовать совместить все творческие идеи Стилиста в единое выступление.