– А что сделать, чтоб стать адвокатом?
– простодушно спросил Фердинанд.

– Боюсь, - ответил дежурный, - вам это уже не удастся. Адвокатом ни с того ни с сего не станешь. Нужно долго сидеть в суде...

– Это я могу, - заявил с готовностью Фердинанд.

– Похоже, что посидеть вам и в самом деле придётся, гражданин Великолепный, - заметил дежурный.
– Не будем, впрочем, забегать вперёд. Всё зависит от судьи. Пойду посмотрю, что там у них в зале. А вы подождите пока в коридоре.

– Сообщите, пожалуйста, судье, что пришёл Фердинанд Великолепный! крикнул вдогонку дежурному Фердинанд.
– Скажите, что он просит передать ему воздушный поцелуй!

– Должен вас предупредить, - заметил дежурный, - что в зале заседаний шуток не полагается. Иначе сами себе навредите.

Дежурный исчез за огромной дверью, на которой красовалась табличка:

ЗАЛ ЗАСЕДАНИЙ No 6

Фердинанд стал осматриваться. Дверей в коридоре было множество. И каждая с номером. И около каждой толпились люди: свидетели, адвокаты, иногда обвиняемые, но этих было мало. Потому что обвиняемых доставляли обычно в суд прямо из тюрьмы. Фердинанд, разумеется, об этом не знал. Размеренным шагом направился он к одной такой кучке ожидающих, чтоб поговорить всё равно о чём. Надо вам сказать, что Фердинанд обожал общество.

– Я обвиняемый, - заявил Фердинанд как раз в тот самый момент, когда люди о чём-то заспорили.

Все тотчас смолкли и с удивлением уставились на Фердинанда.

– Я обвиняемый, - повторил Фердинанд, наблюдая за тем, какое его слова произведут впечатление.

– По какому делу?
– спросил наконец кто-то.

– По личному!
– ответил, гордо выпятив грудь, Фердинанд.

– Украли, да?
– полюбопытствовал какой-то малый с заросшей щетиной физиономией.

– Ничего подобного, - поспешно возразил Фердинанд, - я купил.

– И рассчитались, наверно, фальшивыми банкнотами, - шепнула женщина со злым личиком и длинным носом.

– Как вы могли подумать?
– ответил задетый за живое Фердинанд.
– Банкноты были как полагается.

– И за всё, за всё заплатили?..

– За всё. Кроме...

В этот момент появился дежурный и кивком подозвал Фердинанда.

– Ваша очередь, - сказал он.
– Заходите. Фердинанд вошёл в зал No 6, скромно стал у двери и начал осматриваться.

– Ближе!
– раздался чей-то квакающий голос, но Фердинанд не обратил на него внимания.
– Ближе!
– настойчиво повторил голос.

"У некоторых людей, - подумал Фердинанд, - ужасно неприятный голос. Точно лягушка квакает".

– Ближе!!!
– послышалось в третий раз, теперь уже так громко, что Фердинанд наконец понял, откуда этот голос исходит.

– Вы мне?
– спросил Фердинанд, обратившись к маленькому человечку, сидевшему на возвышении.

– Обвиняемого просят подойти к столу, - квакнул снова человечек.
– Ближе!

– Обвиняемого?

– Обвиняемого.

– А где ж обвиняемый?
– снова спросил Фердинанд и стал озираться.

– Пусть обвиняемый не прикидывается...

– Это вы мне, да?

– Итак, обвиняемый признаётся, что он обвиняемый?

– Так сразу бы и сказали. Со мной можно и на "ты"... Только я должен знать, к кому обращаются...

– Обвиняемый мне не друг-приятель, чтоб я говорил ему "ты", - проквакал человечек и вскочил, разозлясь.
– Обвиняемый понял наконец, что он обвиняемый?

– Понял, - с улыбкой произнёс Фердинанд.

– Так всегда говорят с обвиняемым. К нему обращаются: "он". Ясно?

– Ясно. Можно было с самого начала сказать. Если вы...

– Вы?
– строго переспросил человечек.
– Просто "вы", и всё...

– Ну, вы за столом... там, на возвышении...

– Нельзя так говорить!
– рявкнул человечек.

– Если хочешь, могу говорить "ты", - предложил Фердинанд.

– Я тебе покажу "ты"!!!
– завыл в ярости человечек, замахав руками.
– Я тебе дам "ты"!!! Обвиняемый должен, обращаясь ко мне, не только говорить "вы", но называть меня при этом секретарём. Пусть обвиняемый запомнит это раз и навсегда!

– Раз и навсегда... обвиняемый... ты... вы... секретарь...
– ответил, заикаясь, Фердинанд.

– Ну ладно, - буркнул секретарь.
– А теперь встать!

Фердинанд поспешно опустился на ближайший стул.

– Чего это обвиняемый сел?!
– крикнул человечек.

– Потому, что вы, секретарь, велели мне встать.

– Ему велят встать, а он садится!

– Я и уселся для того, чтоб встать. Не могу ж я встать стоя, - терпеливо пояснил Фердинанд.

– Тут что-то есть, - задумчиво протянул секретарь.
– Возможно, обвиняемый прав. В самом деле, трудно встать, если стоишь. Пусть обвиняемый сядет.