Шрифт:
– И всё-таки про кости я никак не могу понять.
– Неважно. Поэзия должна быть, как бабочка: пролетела - исчезла.
– Знаете что!
– хлопнул себя по лбу дежурный.
– У меня есть идея! Такая, что только держись!
– Вы её запишите, - посоветовал Фердинанд.
– Если сразу не запишешь, потом ни за что не вспомнишь.
– Так ведь эта идея для вас.
– Для меня?
– Для вас!
– заволновался дежурный.
– Надо ж вам заработать на штраф!
– Что ж это за идея?
– заинтересовался Фердинанд.
– Вы только послушайте... Был я однажды в цирке...
– Ну и что?
– со скучающим видом спросил Фердинанд.
– И был там один артист...
– Тоже ничего особенного...
– Этот артист выходит на арену... Вы меня слушаете?
– Слушаю, слушаю...
– Так вот, выходит он на арену...
– Наверно, дрессировщик, - подсказал Фердинанд.
– В том-то и дело, что нет, - замахал руками дежурный.
– Он выходит на арену...
– И показывает фокусы.
– Вовсе даже не фокусы. Он выходит на арену...
– Знаю!
– воскликнул Фердинанд.
– Акробат.
– Никакой не акробат, - начал уже сердиться дежурный.
– Он выходит на арену...
– И наверно, играет на редком инструменте: на пиле или на полене!
– Ничего подобного! И он вообще не играл. Он на арене...
– Танцевал...
– Нет.
– Ну, тогда я не знаю, - сдался Фердинанд.
– Он, понимаете ли, на арене говорил стихами.
– Стихами?
– Да-да, стихами. В рифму. Было это так забавно, что все покатывались со смеху.
– Такие мастера бывают, - протянул Фердинанд.
– А что, если и вам попробовать?
– предложил дежурный.
– Попробовать мне?
– Ну да. Что, если вам говорить в цирке стихами? Вам хорошо заплатят!
– Зачем мне деньги?
– простодушно спросил Фердинанд.
– То есть как "зачем"?
– изумился дежурный.
– Вы что, забыли, что вам предстоит платить пятьдесят тысяч штрафу?
– Забыл, забыл, - признался Фердинанд.
– Ведь вы умеете говорить стихами...
– Немножко умею. Только мне кажется, для выступления в цирке я не такой уж забавный.
– Забавный, Фердинанд, вы забавный!
– громко стал разубеждать его дежурный.
– Забавный! Несомненно забавный! Вы даже не представляете, какой вы забавный!
Фердинанду показалось это обидным.
– А я-то думал, что серьёзный.
– Одно другому не мешает. Серьёзные часто бывают забавными, дорогой Фердинанд. Вы и сами, наверно, это замечали. Мне кажется, приятно быть забавным. Я готов дать что угодно, только б люди надо мной смеялись.
– А не смеются?
– Крайне редко. Суд не подходящее место для смеха. Другое дело - цирк!
– У меня, к сожалению, - сказал с грустью Фердинанд, - знакомств в цирке нету.
– А у меня есть, - выпалил дежурный.
– Может, вы знакомы с директором?
– Должен вам сказать, директор в цирке - не фигура.
– Тогда, может, с кассиром?
– Тоже нет.
– Тогда с дирижёром оркестра?
– Опять не угадали. Я, знаете ли, знаком с таким лицом, которое поможет всё наилучшим образом устроить.
– Сдаюсь, - ответил Фердинанд, - опять не угадал.
– Мой хороший приятель работает рассыльным в самом большом цирке. Вы пойдёте к нему...
– Ну и дальше?
– спросил Фердинанд.
– Пойдёте к нему, и он велит директору с вами поговорить. Тогда вы растолкуете что и как и скажете директору, что умеете говорить стихами, что вы вообще забавный малый. Может, он и вставит вас в номер.
– А это очень больно, когда вставляют в номер?
– спросил, слегка робея, Фердинанд.
– Больно? Так ведь "вставить в номер" означает включить в программу. Вы что, не знали?
– Не знал, - признался Фердинанд.
– Когда артист делает что-нибудь в цирке или на эстраде, не говорят, что он выступает, а говорят, что его вставили в номер. Звучит солиднее.
– Я люблю, когда солидно звучит, - заметил Фердинанд.
– Я побежал!
– Минуточку!.. Сейчас я вам напишу записку к своему приятелю, - заявил дежурный, взяв ручку и с важным видом макая перо в чернила.