— Ну? — рядом выросла высокая тень. Мориан.

— Он ничего не знает, — Олдариан отпустил его голову, и Тобиаса едва не стошнило. — Даже если Император что-то задумал, он не делится этим с советниками.

— Еще бы, советники-то ослы, — презрительно фыркнул ледяной голос, и комната поплыла, когда Тобиас попытался подняться. Ему удалось сделать это со второго раза.

— Тише, Тоби, посиди пять минут, — Олдариан попытался усадить его обратно, но Тобиас отшатнулся, едва не упав.

— Ты пожалеешь об этом, — пробормотал он, непослушными пальцами хватая кольчугу. Шатаясь, он открыл дверь и, сделав несколько шагов, кубарем скатился по лестнице. Если бы не Фол, который нашел его внизу, он бы вряд ли добрался до спальни.

Выпив бутылек восстанавливающего снадобья, Тобиас взял с Фола обещание молчать. Если Император узнает, что он так легко попался и мог выдать какие-то тайны, ему несдобровать.

Тобиас сидел на кровати, перевязывая рассеченную на лестнице руку. Дверь тихо скрипнула, и ему не было нужды поворачивать голову, чтобы понять, кто это.

— Что тебе нужно? — глухо спросил он.

— Я не знала, что они задумали, — Сьерра замерла у двери.

— И ты думаешь, я тебе поверю, — хмыкнул Тобиас, зубами затягивая узел.

— Но это правда! — жалобно воскликнула она.

Тобиас срезал кончики бинта и спрятал кинжал под подушку. Кинжал был из адаманта. С этого дня он будет носить его везде. И наконец, начнет спать в кольчуге, как и приказывал с самого начала Амориас.

— Убирайся.

Сьерра не пошевелилась, и Тобиас впервые посмотрел в ее сторону. Она выглядела настолько жалко, что Тобиасу захотелось ей поверить. Но его все еще подташнивало от «беседы» с дядей, и это хорошо отрезвляло.

— Я сказал, уходи.

— Они сильнее меня, я не смогла… — Сьерра осеклась, когда Тобиас поднялся и подошел к ней.

— Я не хочу этого слышать, — мрачно проговорил он.

— Мой лорд… — прошептала каро.

— Я не твой лорд, — перебил ее Тобиас. — Лорды не властны над Ковеном. Тем более, над магами-мятежниками.

— Я не предавала вас, — ее голос дрожал.

— Странно, в прошлый раз, когда ты меня предала, ты говорила то же самое, — прошипел Тобиас. — Возможно, ты просто не видишь границ? Так я тебе объясню. Нельзя быть одновременно со мной и с моими врагами. А Мориан и Олдариан — мои враги, если ты еще не поняла.

— Я не с ними, — грудь каро тяжело вздымалась.

— Что ты в таком случае делала в башне?

— Я не знала, куда пойти! — с отчаянием воскликнула она.

— И из всего дворца ты спряталась в комнатах человека, которого я ненавижу всем сердцем?

— Пожалуйста… — лицо каро скривилось, глаза влажно заблестели.

— Хватит, — с отвращением прервал ее Тобиас. — Ты же умная девочка, как тебя так легко можно было обмануть? Я тебе не верю, Сьерра. Тебе придется сказать своим друзьям, что у тебя не вышло снова втереться мне в доверие. Не знаю, что еще вы там задумали…

— Пожалуйста, поверьте мне! — она поймала его за руку, но Тобиас сбросил ее дрожащие пальцы.

— Убирайся, Сьерра! — Тобиас схватил ее за плечо и толкнул к двери. Сьерра остановилась у стены, глядя на него полными отчаяния глазами. Щеки были мокрыми от слез. — Ну? Что еще тебе надо?! Ты сделала свой выбор, что теперь-то? Бояться тебе нечего, соглашение вот-вот будет подписано, Император тебя не тронет. Да и защитник у тебя есть, Мориан не оставит тебя. Я не знаю, почему не понял всего еще тогда, когда ты пришла в мою камеру в плаще Ковена. Но теперь, слава богам, дошло.

— Не надо… — всхлипнула каро.

— Все, Сьерра, это конец! Уходи! — Тобиас вытолкал ее в коридор. Под косым взглядом слуги он захлопнул дверь. Прислонился к ней спиной и неровно выдохнул.

Тобиас не знал, сколько прошло времени, когда дверь снова открылась. Сьерра быстро, пока он не успел выгнать ее, приблизилась к его кровати и опустилась у нее на колени.

— Что ты делаешь, — уже изрядно захмелевший Тобиас сел и закрыл бутылку.

Каро, не говоря ни слова, положила рядом с ним Камень обладания и Шнур покорности. Распустила ворот платья.

— Сьерра?

— Я хочу, чтобы вы мне доверяли. Если это возможно только так, то я готова к этому, — опухшие глаза болезненно блестели в свете каминного пламени. Тобиасу стало так жутко от этого зрелища, что он почти протрезвел.

— Совсем сдурела?!

— Я не знаю, как доказать, что я не предавала вас. Я ошиблась, когда пошла к ним. Простите меня. Я должна был сразу послушать вас.

— Прекрати! — Тобиас вскочил, за руки поднимая ее с колен. Камень упал на пол, гулко простучал по полу и куда-то закатился.