Шрифт:
— Ненавидишь меня? — спросил Тобиас.
Она что-то пробормотала, не отрывая лица от его камзола.
— Что? — переспросил Тобиас.
— Нет, — прошептала Сьерра.
Тобиас вздохнул, прикасаясь губами к отливающим бронзой волосам.
— Я знаю, тебе больно и страшно, но ты справишься.
Она помотал головой.
— Я потеряла все, во что верила. Ничего не осталось. Ничего.
— У тебя остался я, — закрыв глаза, сказал Тобиас. Сьерра замерла, а потом прижалась к нему сильнее. Тобиас стоял, обнимал худые плечи, и больше всего ему хотелось забрать ее отсюда.
— Не думаю, что будет уместно вам прийти сюда еще хоть раз, — проговорил Мориан, когда Сьерра, бросив на него последний взгляд, скрылась в обеденной комнате. Тобиас с тяжелой душой глядел ей в след, и не сразу понял слова колдуна.
— Хотите запретить мне? — Тобиас вскинул брови.
— Запрещу, — холодно ответил магистр. — И если вы дорожите этой девочкой, послушаетесь.
— Это угроза? — кулаки Тобиаса непроизвольно сжались.
— Девочка очень способная. Она может сдать экзамен уже к концу зимы и продолжить обучение свободной. А может не сдать и спустя три года, — с нажимом проговорил Мориан.
Тобиас изо всех сил сдерживался, чтобы не ответить что-то резкое. Его мутило от осознания того, какую власть имеет этот человек над Сьеррой. А когда он допускал мысль, что тот еще и домогается до нее…
— Что вы хотите от меня?
Мориан высокомерно усмехнулся.
— Глупый юнец, что я могу от вас хотеть? Вы еще даже не Наместник. Больше не ищите встреч с каро. Вы утешили ее, я вами доволен. А теперь уходите.
Тобиас задохнулся от такой наглости. Надменная мразь! Как ему хотелось сбить с него спесь! И только опасение, что тот отыграется на Сьерре, заставляло его держать себя в руках. Резко выдохнув, он произнес сквозь зубы:
— Как скажете, магистр, — поклонившись, он выхватил у лакея плащ и вылетел из дома, пока не успел сделать какую-нибудь глупость.
Глава 21
— Почему ты сам не взял ее в ученики?! — Тобиас метался по башне, чудом не опрокидывая позвякивающие артефакты на полках. Олдариан наблюдал за ним из кресла, постукивая указательным пальцем по столу.
— Я уже говорил. У меня их уже пятеро, я не мог взять шестую, — он поморщился, когда сушеный корень все-таки брякнулся на стол, сметенный плащом Тобиаса.
— Сделай что-нибудь! Мориан настоящий псих!
— Мориан лучший колдун Криады. Если бы не его характер, он бы давно стал главой Совета.
— Ты можешь поговорить с ним?!
Олдариан закатил глаза.
— И не подумаю. Тоби, никто не должен вмешиваться в обучение. Он магистр, а значит, знает, что делает.
— Совсем в этом не уверен!
— Успокойся, — Олдариан указал ему на стул, и Тобиас в очередной раз за вечер уселся на него, чтобы тут же снова попытаться вскочить, но невидимая сила усадила его обратно. Укоризненно посмотрев на мага, Тобиас принял кубок с вином. — Он действительно говорил о конце зимы? Невероятно.
Тобиас исподлобья посмотрел на него, пряча лицо за кубком.
— Думаешь, он соврал?
— Не знаю. Редко у кого получает овладеть силой так быстро. Хотя ученики Мориана всегда лучшие в Школе.
Тобиас с отвращением отодвинул вино — дядя явно что-то в него добавил. Судя по вкусу, успокаивающий настой. Он скрестил руки на груди и задал давно мучающий его вопрос:
— Он действительно так жесток с учениками, как говорят?
— Ученики его любят и боятся. В любом случае, твоей рабыне там не хуже, чем в Доме Утех. Ты сделал все, что мог.
Тобиас скривился, когда Олдариан поднялся и жестом пригласил за собой.
— Идем, торжество уже началось. Алексия ждала тебя.
— Лучше я отсижусь здесь. Не хочу видеть ни ее, ни Наместника.
— Не говори так об отце, — колдун схватил его за шиворот и легко поставил на ноги. Чертова магия.
Олдариан почти довел его до бальной залы, когда они встретили двух магистров из Школы. Оставив дядю с ними беседовать, Тобиас сделал вид, что направляется на праздник, а сам незаметно ускользнул в боковой коридор. Минуя слуг, он добрался до своей спальни и без сил свалился на кровать. Этот день был тяжелее десятков дней, проведенных с воинами на тренировочных площадках в Чериаде. Перед закрытыми глазами стояло лицо Сьерры. Тобиас застонал. Как он пропустил момент, когда она стала для него наваждением? Сотню раз прокрутив в голове их разговор, Тобиас беспокойно уснул.
Кто-то целовал его губы.
Тобиас что-то пробормотал и открыл глаза. И чуть не заорал.
— Алексия?!
Он скинул с себя сестру и вскочил на ноги. Сна как не бывало.
— Ты совсем рехнулась?!
— Ты не шел меня поздравлять, и я решила сама получить свой подарок, — развязно проговорила она. Она была совсем пьяна.
— Дура, — сплюнул Тобиас и с силой вытер губы рукавом.
— Да ладно тебе, Тоби. Ты же знаешь, как я тебя люблю-ю…
Она захохотала. Волосы из ее сложной прически растрепались, под глазами была размазана краска для ресниц. Ему показалось, что она ревела. Хотя, она была столь пьяна, что он не мог с уверенностью сказать об этом.