— Проваливай, — бросил он испуганному хозяину, чувствуя, как сердце готово вылететь из груди. Глубоко вдохнув, он быстро сдвинул щеколду и толкнул дверь. Почти все пространство темной крохотной комнаты занимала кровать. Она была пуста, и Тобиас сперва растерянно замер, сомневаясь, не обманул ли его хозяин. Но, едва глаза привыкли к темноте, он увидел ее. Она забилась в тесный угол между кроватью и стеной под узким зарешеченным окном. Худые плечи торчали над рваным воротом платья, руками она обхватила колени и уткнулась в них лбом, будто надеясь спрятаться.

— Сьерра, — хрипло позвал Тобиас, и каро вздрогнула. Тобиас сделал шаг вперед и снова замер, пытаясь проглотить ком, застрявший в горле. — Это я.

Она не шевелилась, и Тобиас, быстро преодолев расстояние до нее, опустился на колени.

— Сьерра, — жалобно позвал он.

Она подняла голову, и Тобиас вздрогнул. В глазах на миг потемнело. Всю левую щеку от глаза до подбородка уродовал неровный толстый рубец, который едва начал заживать. Тобиас с горечью осознал, что его почти не лечили.

— Боги, — прошептал он.

Сьерра шумно вдохнула, сильнее стискивая колени и глядя на него совершенно безумным взглядом.

— Пойдем, — Тобиас осторожно расцепил ее руки и потянул вверх. — Вставай.

Он заставил ее подняться, отметив про себя, что та стала почти невесомой с тех пор, как он видел ее в последний раз.

— Вы… — выдохнула она и снова шумно втянула в себя воздух. Глаза наполнились слезами.

— Тихо, — Тобиас снял с себя плащ Фола и хотел накинуть на каро, когда та порывисто прижалась к нему, обхватив руками за пояс. Она задыхалась от слез, все ее ставшее еще более хрупким тело трясло. — Тихо, тихо… — Тобиас уткнулся носом в давно немытые волосы, чувствуя, как по щекам тоже что-то потекло. — Я заберу тебя отсюда, — он завернул каро в плащ и, легко подхватив на руки, вынес из комнаты.

— Наместник ожидает вас, — Фол встретил его на заднем крыльце, косо поглядел на завернутую в плащ рабыню на его руках. Ту все еще потряхивало.

— Ты доложил? — Тобиас боком прошел в узкую дверь и миновал кухню, на ходу приказал дремавшему слуге: — Еды и вина в мою спальню.

— Слуги, — буркнул Управляющий, семеня за ним.

Тобиас кивнул. Он не особенно прятался, а стоило бы.

— Позови лекаря.

— Фимера нет в Криаде.

— Тогда того мальчишку, его ученика. Разбуди его.

— Вам не стоит медлить с Наместником. Он сильно разозлился.

Тобиас пропустил его слова мимо ушей.

— Олдариан дома? Разбуди и его тоже. Скажи, что это срочно. Слуги приготовили мои комнаты?

— Приготовили, — нехотя пробурчал Управляющий. На лестнице, ведущей на второй этаж, они разминулись.

В спальне уже горел огонь, постель была застелена свежими простынями. Сонный слуга поспешно открыл перед ним дверь и вытянулся по струнке, стараясь не глазеть на каро.

— Принеси горячую воду, — скомандовал Тобиас, осторожно опуская Сьерру на кровать. Та вцепилась в его камзол, плащ спал с плеч. Она испуганно глядела на него, разбитые губы дрожали. — Я сейчас вернусь, — мягко сказал Тобиас. — Помойся и позволь лекарю осмотреть себя.

— Не уходите, — прошептала она.

— Не бойся, — Тобиас разжал ее пальцы. — Я ненадолго.

— Как ты только додумался до такого?! — кричал Тамидар, размахивая руками. Из-под рукавов тяжелого халата торчала тонкая ночная сорочка. Тобиас молча стоял напротив, вцепившись в спинку стула. — На рассвете немедля отправишься обратно! Примчался из Чериады сломя голову — из-за чего! Из-за рабыни! Я тебя предупреждал! Ты доигрался! Геба! — позвал он. Взлохмаченный слуга моментально появился из-за двери. — Где этот чертов Управляющий?! Позови Трему!

Тобиасу подурнело. Он сильнее схватился за стул, боясь упасть.

— Отец…

— Заткнись, я не давал тебе слова! — рявкнул Наместник.

— Рабыня ни в чем не виновата!

— Еще одно слово, и я велю выпороть тебя, щенок! — Наместник выхватил стул, за который он держался, и швырнул в стену. Тобиас пошатнулся. — Это послужит тебе хорошим уроком! — заорал Тамидар и чуть не набросился на слугу: — Почему ты еще здесь?!

— Т-трема сегодня отдыхает, — начал заикаться Геба. — Он появится не раньше рассвета.

— Проклятые палачи! Вели ему сразу же явиться ко мне! А ты проваливай, и чтобы завтра же был в дороге!

— Отец, пощади ее! — взмолился Тобиас, за что тут же получил увесистую оплеуху. Перед глазами вспыхнуло, и он прижал холодную ладонь к горящей щеке.

— Ты меня слышал! — прорычал Наместник, и Тобиас, развернувшись, вылетел в коридор.

— От отца получил? — Олдариан кивнул на его пылающую щеку. Он был на удивление свеж, ожидая его в спальне, и, казалось, не был ни удивлен, ни возмущен происходящим. Тобиас схватил кувшин с вином и сделал два больших глотка через край. Поставил на место и прислушался. Из-за двери в умывальную доносился плеск.