– Заткнитесь там уже! Сколько можно болтать? Достали!

Мэйон с появлением Зоана резко потерял популярность у "женского населения". Теперь новоявленный сопляк без умолку тараторил, рассказывая байки о своей тяжелой "молодости", о том, что он едет навестить свою бабушку, о том, как рано потерял мать и какой у него плохой отец, и что ему рано пришлось работать и т.д. и т.п. Мирель охала и ахала и даже Алексис со своего места, постоянно отвлекаясь, умудрялась поддерживать разговор, в результате чего они уже два раза натыкались на здоровенные булыжники. Колеса трещали, но пока выдерживали.

– Сефирэ, не будь столь грубой! Лучше бы присоединилась к нашей беседе, -недовольно ответила Алекс. Пацан, так, чтобы остальные не заметили, показал черноволосой богине язык.

Сефирэ сощурилась, и Зоан неожиданно стал задыхаться, пытаясь что-то прокряхтеть.

– Перестань!
– Мирель подхватила мальчишку и грозно посмотрела на Сефирэ. Сефирэ вздохнула и отвернулась. Зоан перестал задыхаться.

Черноволосая богиня снова уставилась на дорогу, освещенную закатным солнцем. Зоан вскоре вполне оклемался и снова принялся трещать без умолку. Мэйон осторожно передвинулся и сел около Сефирэ. Тихо, чтобы никто кроме них ничего не услышал, он произнес:

– Э-э-э, извините, что мешаю... Знаю, я вам не нравлюсь, но, может, вы позволите задать вам один вопрос?

Продолжая созерцать дорогу и окружающие поля, Сефирэ язвительно заметила:

– Что, растерял всю популярность? Я тебе не Мирель и не Алекс, и болтать ни о чем не собираюсь. И уж тем более не хочу выслушивать твои бредни.

– Я... Я просто хотел спросить, -Мэйон замялся.
– Там, в городе, с вами ничего не случилось?

– А какое тебе дело? Я вроде только что сказала, что не в настроении болтать. Я всегда не в настроении, это понятно?

Сефирэ одной рукой подперла подбородок, все так же наваливаясь на бортик локтем, а из другой извлекла несколько совсем коротких лент Хаоса и принялась лениво подбрасывать их на руке. Ленты чуть поднимались вверх, затем медленно опадали.

– Просто... Когда вы там были, я что-то почувствовал... Сильную магию... Этот мальчишка, Зоан... Он мне тоже не нравится, но я не решился спорить с Верховным Стражем - это было ее решение. Зоан просто подошел к нам, когда мы выбирали лошадей, спросил, куда мы направляемся. Ну, я ответил, и он сказал, что нам по пути... Так, слово за слово, и Алексис решила его взять. Мы изображаем обычных людей, но вы... так сказать, вы частично открылись, но он не выразил ни малейшего удивления тому, что вы - вампир. Возможна ли такая реакция в мире, где так ненавидят вампиров?

Сефирэ подняла бровь, выражая некоторую заинтересованность, и спросила:

– А откуда, собственно, ты, Мэй, столько знаешь об этом мире? И о вампирах в частности?

– Э-э-э... Ну, скажем так, я достаточно часто бываю здесь по делам, -Мэйон явно смутился.

– Если ты так часто тут бываешь, то почему не знаешь всего пути до Олена? Или ты никогда не встречался с Аароном?

Подозрения Сефирэ еще более усилились. Зоан ей не нравился, но против Мэйона, кажется, взбунтовалась вся ее сущность.

– Встречался, но он никогда не принимал меня в своем замке. Мы встречались в Ксалле.

"Выкрутился, гад. Хорошо...", -зло подумала Сефирэ, потом продолжила "допрос":

– И по каким же таким делам вы встречались?

– Вообще, это наше личное с ним дело. Могу только сказать, что это связано с артефактами, которые он исследовал. Некоторые волшебники в мирах с развитой магией иногда создают очень интересные вещи...

– Ясно. Ничего не случилось.

– Что?
– не понимая, о чем говорит Сефирэ, удивился Мэйон.

– Ты ведь спрашивал, случилось в городе что-нибудь или нет? Вот я и ответила - нет. Теперь можешь оставить меня в покое.

Мэйон обиженно посмотрел на Сефирэ и отодвинулся обратно, в глубь фургона. Неожиданно они остановились.

Алекс слезла со своего места и забралась в фургон.

– Привал! Дорогу плохо видно, на ночь придется остановиться.

– А разве лошадей не надо на ночь распрягать?
– скептически осведомился Зоан.
– Проверить подковы и тому подобное?

– А, ну да, -Алекс беспомощно оглянулась на своих спутников. Она явно не представляла себе, что делать с лошадьми. Мирель в этом тоже не разбиралась, Мэйон и подавно. Сефирэ даже не обернулась - она просто вылезла из фургона и пошла к лошадям. Через некоторое время она уселась на сиденье и взяла в руки поводья.

– Лошади еще не устали. Можно ехать всю ночь, я буду править ими. Утром остановимся, дадим им отдохнуть.

– Ну да, ты ведь видишь в темноте, -вспомнила Алекс.
– А нам что делать?

– Спать, -выразительно ответила Сефирэ.
– И есть. Вы же тут все люди, кроме меня, верно?

– А, ну да, -Алекс наконец сообразила, что для поддержания легенды они должны заниматься сугубо людскими делами.

– Я так проголодался!
– тут же воскликнул Мэйон(весьма наигранно, кстати), и принялся распаковывать одну из сумок. Зоан скептически взирал на все это, но от еды, естественно, не отказался.