В последних словах Навака прозвучала гордость.

Ящерица выскочила из-под камня и метнулась к кустам. Кьяри наступила ей на хвост, но ящерица вывернулась из-под плоской подошвы и скрылась в темноте.

В покоях императора на полу лежали шкуры ягуаров. Кьяри рассматривала коричневые пятнышки, упав ниц перед Великим Инкой.

– Встань, - Кьяри хорошо запомнила этот глубокий и низкий голос. В его интонациях не было высокомерия и презрения, только любопытство.

– Разденься, - приказал Атауальпа.

Кьяри расстегнула брошь на груди, и туника упала к её ногам. Кьяри знала, зачем она здесь, и не испытывала ни стыда, ни сожаления. Много раз она представляла себе этот момент. Думала, что это будет похоже на прыжок в холодную воду. Или на прикосновение золотого песка. Ей говорили, что прежде, чем взять её, император захочет посмотреть на неё. Говорили, что дрожать под его пристальным взглядом естественная реакция. Но о чем Кьяри никак не догадывалась так это о том, что когда император будет рассматривать её, она вспомнит Нио. Его прикосновения и поцелуи. Думая о Нио, Кьяри покраснела. Императора позабавил её румянец. Он приблизился, взял Кьяри за золотую руку и поцеловал её золотые пальцы, свободной рукой погладил её живот и грудь.

Атауальпа хотел, чтобы золотой рукой Кьяри трогала его плоть, а когда она окрепла, сама направила её в себя. Если боль и была, то только в начале. Вскоре Кьяри забыла о ней. Атауальпа умел быть нежным и напористым одновременно. Он играл её золотой рукой, облизывал пальцы, гладил себя ими, целовал места, где золото сливалось с кожей, заламывал руку Кьяри за спину, выкручивал кисть. Он заснул, положив её золотую ладонь себе на глаза.

Кьяри снилось, что у неё болит живот. Во сне она слышала голос Нио и видела, как он взбирается на сейбу, царапая стопы о её шипы.

– Цветы сейбы помогают избавиться от утренней тошноты на ранних сроках.

Кьяри всхлипнула и проснулась. Лицо и подушка под щекой промокли от слез.

Судя по пятнам света на стенах и потолке, солнце стояло высоко. Атауальпа не спал. Он сидел на краю кровати и наблюдал за Кьяри.

– Многие девушки плачут, расставаясь с девственностью, - сказал он и вытер слёзы со щеки Кьяри. Она не шевелилась, пытаясь понять, сердится император или нет.
– Скажи мне, у тебя был жених? Ты была влюблена? Девушке твоего возраста полагается быть влюбленной в красивого, но бедного юношу. Честного. Смелого. Он был хорошим охотником? Хорош в метании дротиков или стрельбе из лука? Ты считала его самым лучшим? Самым справедливым и ловким?

– Нет, - сказала Кьяри.
– Он был предателем и убийцей. Он убил двух человек из нашего племени и пытался убить меня.

Атауальпа улыбнулся. Кьяри почувствовала, как краска опять заливает её щеки.

– Это самая интересная история, которую я слышал в последние дни. Он предал тебя до того, как солнце отметило твое тело золотом, или после?
– Атауальпа опять трогал Кьяри. Сначала погладил золотую руку, потом положил ладонь на грудь.
– Отвечай, - приказал он, сдергивая с Кьяри одеяло и нависая над ней.

– До, - выдохнула она, когда её колени развели в стороны.

– Я так и думал, - Атауальпа толкнулся в неё и на миг прикрыл глаза.
– Если бы твой предатель видел твою золотую руку, видел, какой ты стала, он бы никогда не покинул тебя.

Кьяри зажмурилась. Её тело сотрясалось от медленных и длинных толчков. Дрожали неудобно вывернутые и приподнятые колени. Дрожало внутри. Это напряжение можно было принять за нетерпенье. Кьяри хотела, чтобы все поскорее закончилось. Когда Атауальпа излился в неё, она испытала почти физическое удовлетворение.

– Как это было?
– спросила Зина, когда Кьяри вернулась в дом избранных женщин.

Кьяри лишь пожала плечами.

– Говорят, если женщина в первый свой раз не получит удовольствия, она на всю жизнь останется холодной и бесчувственной. Ты не забыла подмыться соком папайи, чтобы не забеременеть?

Кьяри кивнула.

– Я узнала, кому раньше принадлежал дом, который нам подарил император. Там жила айлью Асну. Асну был влюблен в императорскую наложницу и тайно встречался с ней. Когда императору донесли о том, что его наложница делит постель с другим мужчиной, он приказал убить её, его и всю его семью. Кьяри, как ты думаешь, о чем она думала? Девушка, которая изменила императору...

Кьяри не интересовало, о чем думала глупая наложница, она вспоминала тряпичную куклу, застрявшую в медной трубе фонтана. Должно быть, её уронила маленькая девочка. Возможно, незадолго до того, как её убили. Невольно Кьяри протянула руку к груди, ища амулет из трех перьев колибри.

Следующим вечером Кьяри и Зина прислуживали императору и его гостям за столом. Настоятельница дома избранных женщин Уль перевязала некрасивые, вьющиеся волосы Кьяри желтой лентой. Уль жила в доме избранных женщин с четырнадцати лет - сначала как наложница, потом помогала присматривать за девушками, пять лет назад заняла место настоятельницы. Говорили, отец Атауальпы брал Уль в свою постель всего пять раз, но она всю жизнь хранила ему верность.