Алхимик и комендант Нархала пировали отдельно от остальных. Присев в полуночной части стоянки мэтр Тарвион раскинул на земле небольшую белоснежную скатерть. Из бессчетных мешков, притащенных коренастым подручным, появилось множество пузырьков, бутылочек и горшочков. Кавалер Ордена Ребиса принялся выпрастывать содержимое емкостей в несколько глубоких тарелок. После адепт тварной области знания взялся толочь полученную смесь пестом. Дрогг никогда бы не осмелился отведать приготовленное подобным образом блюдо. Тем не менее, юнец осторожно зацепил пальцем подозрительную субстанцию и опустил в рот вязкую коричневую каплю. Спустя миг тонкие губы растянулись в слабой улыбке, барон одобрительно закивал. Потухшие глаза прищурились от удовольствия. Бледное, измотанное хворью лицо просветлело.

– Объедаешься, клыкастый?
– донеслось сверху.

Орк не поднял взора. Подле зеленокожего, нарочито задев болдыря полой плаща, плюхнулся Филлиан. С другого бока мягко опустился Аэлан.

– Ну-ка, показывай, что у тебя есть пожевать, - человек бесцеремонно сунул руку в Дроггову торбу.

– Ндааа...
– огорченно протянул Звероборец, выудив из недр котомы лишь пару сухарей.
– Как ты только ноги после таких харчей таскаешь?
– сумасброд раздосадовано кинул ломтики высушенного хлеба на землю.

– Не брошайша едой, селовесе, кабы голодать потом не пришлошь, - холодно заметил зеленокожий, явно недовольный поступком шутника.

– Уж как-нибудь прокормлюсь, чай не такой скудоумный, как ты, - огрызнулся Филлиан.

Болдырь промолчал. Острослов, почуяв, что перешел некую грань, не стал продолжать нападки.

– Интересно, не попотчуют ли нас чем солдатушки?
– спустя какое-то время задумчиво вопросил сумасброд.

– С чего бы это?
– слабо усмехнулся полуэльф.
– Тем паче после твоих слов на дороге...

– А что я такого сказал?
– удивленно воззрился на полукровку Филлиан.
– Просто пояснил тому меченому стервецу, с кем делила ложе его мамаша для того, чтобы зачать этакого выродка.

Аэлан неодобрительно хмыкнул, без сомнения не разделяя мнения человека.

– Глянь-ка сюда идут!
– Звероборец указал на троицу приближающихся стражников.
– Неужто и вправду решили к столу пригласить?

– Это навряд ли...
– тихо обронил полуэльф, внимательно изучая подходящих стражников.

Впереди шагал приснопамятный рябой каторжанин. На впалых изрытых оспинами щеках вздулись желваки, обратившиеся в узкие щелочки глаза смотрели дерзко и кичливо. Уже много лет в Садрийском королевстве в качестве наказания применялась только пожизненная каторга, посему человек с клеймом на лбу без сомнения являлся беглым преступником. Впрочем, подобные отметины украшали лица едва ли не половины жителей Тарлии. Ежели властители наместничества отправляли бы обратно на рудники каждого клейменого, то южная провинция вскорости бы обезлюдела. За неимением иных рекрутов в гарнизоны городов и деревень полуденных земель приходилось набирать даже бывших каторжников.

Справа от щедровитого, переваливаясь, ровно медведь, топал немолодой грузный солдат с сальными прядями светлых волос и небольшими усами. Судя по красной физиономии, толстяк зело любил пропустить кружечку-другую в таверне. Второй спутник рябого - юный детина, самый рослый из отряда Морнингера, - обладал румяным лицом и совершенно пустыми, лишенными даже малой толики разума, глазами.

Хмурый насупленный вид людей пуще любых слов говорил, что они собирались затеять драку.

– Эй, охотник...
– зло процедил каторжанин, остановившись в двух шагах от сидевших на земле Дрогга сотоварищи.

– Слышишь, клыкастый, тебя зовут, - острослов пихнул зеленокожего локтем в бок, изображая, что совершенно не понимает, в чем дело.

– Мне надобен не орк, а ты - человек по имени Филлиан, - солдат не пытался утаить полнившей его ненависти.

– Зачем же я нужен тебе, позволь узнать?
– сумасброд в недоумении захлопал глазами.

– Отойдем подальше - расскажу, - хищно ощерился беглый преступник, кивнув в сторону окружавших бивак полей.

– Расскажи здесь, никуда не хочу идти, ноги опосля долгой дороги ноют, - точно упрямый ребенок, заартачился Звероборец.

Лицо рябого исказилось в ярости. Он сделал шаг вперед, нагнулся к человеку и гневно зашипел:

– Хватит придуриваться, выродок. Не пойдешь со мной - я тебе прямо здесь харю исполосую.

В опущенной к бедру руке блеснула тонкая полоска лезвия. Солдат попытался ухватить Филлиана за шиворот, дабы прижать к горлу нож. Но только этого и ждавший шутник, ловко увернувшись, вскочил на ноги и тотчас истово заголосил в расчете привлечь всеобщее внимание:

– Ты что творишь, приятель?! Где ж такое видано?! На порядочных людей да с ножом!