Его губы незначительно изогнулись:

— Извини. Я не говорю по-китайски.

Такая надежда была разрушена.

— Японский, — отрезала она.

— Ах, да, — сказал он легкомысленно. — Ну, на нем я тоже не говорю. Я,

конечно, знаю несколько слов типа каратэ…ниндзя… камикадзе и всё в таком роде.

Он произнес их все неправильно. Он действительно был американцем.

— Камикадзе, — произнесла Камилла, позволив раздражению просочиться в

голосе.

Он пожал плечами.

— Здесь нет никакой разницы. Различия, наподобие этого, тебе следует просто

выучить. Извини, что разочаровываю. Не хочешь повторить то, что сказала на английском?

— он слегка наклонил голову, словно птица.

Она начинала думать, что Кей Сакамото не тот тип людей, с которыми она желает

говорить на любом из языков.

— Нет, — ответила она ему, опустив взгляд в пол.

— Не стесняйся, — сказал он. — Стеснение никогда не помогает.

— Я не стесняюсь, — проворчала она. — Ты мне не нравишься.

Он притворно обиделся.

— Не понимаю как такое возможно. Я всем нравлюсь. Ты никогда не будешь здесь

одиночкой, если получишь парочку социальных навыков. Ладно, я покажу тебе. Шаг

первый — бессмысленный разговор. Ты выбираешь что-то в другом человеке и

заставляешь его говорить об этом. Люди любят говорить про себя. Притворись, что ты

заинтересована, и люди уже будут считать тебя лучшим другом. Как-то так.

Он сел в кресло Унимо, видимо, забыв о поручении. Что он все еще делает здесь?

Ему нужно было уйти. Она просто хотела побыть одна.

— Мне нравится эта металлическая…штука, — отметил он, указывая на железный

браслет на ее руке. — Где ты ее взяла?

Камилла посмотрела на него с опаской. Это не его дело. Бессмысленный разговор

или нет, но он ухватился за ту тему, о которой она говорить не желала. Габриэль обманул

ее, надев браслет ей на руку годы назад, и он до сих пор не снимался. Она простила его за

это, но кусок металла все еще раздражал. Одно только упоминание о браслете вызвало

желание расцарапать его. Она носила его всегда, и даже если он не сделал ничего плохого,

порой ей хотелось расцарапать кожу под ним.

Кей Сакамото наклонился вперед, сцепив пальцы; он словно принадлежал этому месту.

— Семейная реликвия? — подсказал он. — еBay? Нашла в мусорном контейнере?

О, знаю, это подарок от бывшего бойфренда.

Камилла нахмурилась. Может, он не пытается выудить информацию о браслете.

Может, он, в самом деле, просто идиот. Американцы всегда были такими.

— Нет? — продолжал он, не смущаясь. — Погоди секунду, ты не выглядишь как

тип, который нравится парням. Бывшей девушки?

Браслет чувствовался более жестким и тугим, чем больше он говорил о нем. Ее рот

сформировал мрачную линию неодобрения.

— Опять нет? Я думаю, такой взгляд может отпугнуть кого угодно. Похоже на

главу мафии. О, ты украла его у какой-то шайки? Это своего рода сокровище японской

мафии?

С нее было достаточно. Браслет впивался в ее запястье, и ее правая рука

рефлекторно скручивалась.

— Пошел вон, — сказала она.

— Сразу только после того, как мы начали узнавать друг друга? — возразил он. —

Нет, я хочу услышать историю о том, как ты ворвалась в штаб-квартиру мафии и украла их

ценную металлическую вещь

Она начала раздражаться.

— Я этого не делала.

— Но тогда должно быть другое объяснение, — невинно произнес Кей.

— Ты идиот, — отрезала она, слыша, как стучит кровь в ушах.

— Это объяснение не имеет никакого смысла.

Она прорычала:

— Уходи.

Камилла услышала приближающиеся шаги. Она не думала, что предпочтет

общество Унимо кому-то еще, Сакамото ее неправильно понял.

— Это твоя лучшая остроумная реплика? Давай, ты можешь сказать что-то лучше,

чем это, — говорил он.

Щелкнул замок, открылась дверь. Рин Унимо приподняла бровь, увидев

представшую перед ней сцену. Сакамото встал со стула и отошел от стола.

— И? — спросила Унимо.

— Где вы только берете этих людей? — спросил он. — Она не может говорить. Это