"А-ха-ха, - мысленно смеялась Алёна.
– Какой джентльмен!"

"Заткнись, это из-за тебя!" - злилась я.

– Ну, я догадывалась об этом, - потёрла лоб я.

– Ты себя сейчас как чувствуешь?

– Нормально, - улыбнулась я.

– Мне всегда казалось, ты что-то скрываешь. Знаешь, мы друзья уже много лет, так что можешь поделиться. Сейчас или потом.

– Спасибо, - сказала я, хоть и была уверена, что не стоит погружать Петю в мои проблемы.
– Ты тоже обращайся.

– Эй, Петь!
– крикнул вернувшийся Андреев.
– Хочешь на гору?

– В обсерваторию Серро-Тололо?
– не поверил своему счастью Петя.

– Куда ж ещё!
– полурадостно-полураздражённо ответил Андреев.

– Конечно!
– крикнул Петя, а потом обратился ко мне.
– Ты поедешь наверх?

– Да, - ответила я, хоть у меня и выпадал по графику редкий выходной день.

Пока мы с гостями из соседней обсерватории Ла-Силья взбирались на гору, где работала я, Андреев старался убедить всех, включая Петю и себя, что Ла-Силья лучше расположена, чем Серро-Тололо. Аж на двести метров выше над уровнем моря! Убеждал, что у них лучше оборудование, больше список цитируемых публикаций и что вообще они круче. Петя со снисходительной улыбкой поддакивал Андрееву и даже с наигранным пафосом сказал, что рад попасть в Ла-Силью, а не в Паранальскую обсерваторию, пусть та и считается лучшей в Чили и в мире. После такого признания доктор Андреев чуть не расплакался.

– Ого, да отсюда видно океан!
– было первым что сказал Петя, выйдя из микроавтобуса на вершине горы Тололо.

– Подумаешь!
– обиженно отозвался Андреев.

Я провела Пете короткую экскурсию по телескопам, детекторам и прочим приспособлениям, знакомым лишь Алёне, повторяя многое из того, что рассказывал директор Смит в первый день моего прибытия. Директор как раз ходил неподалёку и с недоверием слушал, как я на непонятном языке выдаю Пете все секреты исследований. Через десять минут наблюдений сердце Смита не выдержало, и он отозвал меня в сторону, тихо напомнив, чтобы я не упоминала об исследованиях галактики NGC 5949. Я пообещала молчать, хоть и не ясно, чего боялся Смит: его статья была готова и отправлена рецензентам научных журналов, так что первенство Смита в исследовании галактики уже было документально зафиксировано и не могло быть оспорено.

– Ты уже понял, что хочет найти Андреев?
– спросила я Петю, когда мы вышли прогуляться на улицу, закутавшись в пуховики.

– А он уже нашёл, - весело ответил Петя.
– Не могу сказать, где именно. Прости, Андреев настаивал... Но в созвездии Девы, да.

– Нашёл новую экзопланету?

– Экзопланет находят кучи, но наша непростая. Меня взяли в состав группы, чтобы я провёл более детальные вычисления, и я понял, что предположение Андреева подтвердилось. Он нашёл экзопланету, максимально похожую на Землю!

"Врёт как дышит!" - фыркала Алёна.

– Там есть жидкая вода?
– удивилась я. Даже мне удалось бы понять, что такое открытие способно принести долгожданную славу Андрееву, а заодно и Пете.

– Возможно. Сейчас пытаемся определить среднегодовую температуру. Что интереснее, планета всего в одиннадцати световых годах от нас! Блин, это уже лишняя информация.

– Думаешь, я разболтаю?
– недоумевала я.

– Прости. Понимаю, что ты не гоняешься за чужими открытиями...

Из уст Пети это прозвучало скорее как недостаток. Кажется, он стал принадлежать к специфическому виду учёных, представители которого готовы любой ценой напечатать своё имя в журнале. Такие исследователи обычно походили на троянские вирусы, втирающиеся в доверие к добропорядочным учёным и выуживая из них плодотворные темы для научных изысканий. Но я верила, что Петя ещё не стал таким окончательно.

– Сколько у тебя публикаций?
– спросила я.

– Пятьдесят шесть, - без секунды раздумий выдал Петя.
– Стараюсь публиковаться с первого курса магистратуры. Жаль, нам в МИФИ не рассказывали, как это важно. А у тебя?

"Ты знаешь?" - спросила я Алёну, но та лишь хмыкнула.

– Не знаю, - пожала плечами я.

– Ага, конечно, - усмехнулся Петя.
– Понимаю, у тебя больше, и ты не хочешь меня расстраивать. Поражаюсь, ты всегда была такой благородной.

– Ты слишком хорошо обо мне думаешь, - призналась я, понимая, что тот принимает искренний пофигизм Алёны за мою доброту.

– Петь, труба зовёт!
– во всю глотку кричал Андреев с другого конца вершины горы, выглядывая из-за маленького телескопа под белым куполом, каждую ночь следящим за колебаниями Луны.

– Иду!
– так же громко ответил Петя, а потом обратился ко мне.
– Большое спасибо за экскурсию. Теперь вы к нам!

Я пообещала приехать, и мы все вместе спустились с горы в жилой комплекс Ла-Серены, откуда Андреев с Петей сразу же направились в свою обсерваторию. На прощание Петя чмокнул меня в щёку, увы, опоздав примерно на семь лет.

***

Через месяц ожиданий мы, сотрудники обсерватории Серро-Тололо, узнали об открытии Андреева и команды из статей. Весь месяц Андреев не выпускал сотрудников во внешний мир, перепроверяя данные и посылая в научные журналы уточнения и правки. Месяц я не видела Петю, а по интернету он жаловался, что едва находит время на сон.

Выяснилось, что в обсерватории Ла-Силья открыли экзопланету в системе Росс 128 созвездия Девы. Название системы долго скрывалось, хоть так мне ничего и не сказало. Оказалось, это эта система - наша недалёкая соседка по Млечному Пути, и, если бы мы умели летать со скоростью света, смогли бы долететь до неё за одиннадцать лет. Открытие сочли важным не столько из-за близости экзопланеты к Солнечной Системе, сколько из-за её похожести на Землю.