– И я хочу помочь тебе убежать отсюда.

Дани подняла свои заплаканные глаза на женщину.

– Но… это может стоять тебе жизни.

Тесса хрипло рассмеялась.

– Я уже мертва. Как только я попала сюда – умерла. Мне было тридцать пять лет. Моя лучшая подруга украла у компании, в которой мы работали, крупную сумму денег воспользовавшись моим ключом. Правительство не стало разбираться, просто обвинив владелицу ключа в краже. Я ровно пять лет здесь, и врожденная болезнь прогрессировала и переросла в смертельную. Здешние врачи прогнозируют мне от силы неделю.

Это было ударом. Ударом по всему. По эмоциям. По ней. Просто по всему. Она буквально за несколько часов успела стать ей матерью.

Если она умрет, что станет со мной здесь? Возможно, это эгоизм, но все же… Она опекает меня.

Даниэль убрала черные волосы за ухо и вздохнула.

– Я люблю его. Тесс… понимаешь, люблю. Он один из Правительства. Его зовут Доминик. Эмид стер мою память, но здесь я все вспомнила. Все. Абсолютно.

И женщина все поняла.

– Дани, тебе нужно объясниться. Я помогу тебе сбежать. Сбежать отсюда просто, правда, выжить невозможно. Дани, ты будешь свободна ровно час.

– А что будет потом?

Глаза цвета молочного шоколада смотрели буквально сквозь Даниэль. Тесса боялась за эту девчонку.

– Дани, ты когда-нибудь слышала о Рэйдене?

Она слышала, еще как слышала.

– Угу.

Девушка кивнула головой.

– Это чудовище убивает всех, кто сбегает из Карцера. Я услышала о нем от своего коллеги. Он рассказывал, что брат его друга дрался с Рэйденом. И победил. Рокки, так звали парня, ранил Рэйдена и убежал. Но я не верю, что Рэйден мог упустить этого Рокки.

От Ника невозможно убежать. Это уж точно.

– Так как мне сбежать?

Собеседница тяжело вздохнула.

– Ночью в Карцере остается всего четверо охранников. Двое на женский корпус и столько же на мужской. Нам нужно пробраться мимо них. В половину второго ночи у них плановый обход – прекрасное время чтобы сбежать.

– Когда начинаем?

– Сегодня ночью, пока тебя не избили. Я постараюсь найти тебе одежду.

****

Рой Лэйн планировал совершенно другой исход ситуации. Но Доминик все испортил. Да и сама Даниэль не очень-то спешит сбегать из Карцера. Возможно, он просто ошибся? И эти двое никогда друг друга не полюбят? Она просто не вспомнила Ника. Если судьбой предназначено, что эти двое должны быть вместе – она бы вспомнила. Все. До последнего жеста и слова. Но, похоже, Рой ошибся.

Рой просидел в палате друга уже три дня. Результатов ноль. Никто не в силах спасти бессмертного, которого ранили в сердце. Скорее всего, Доминик умрет.

А ведь первая встреча этих двоих не задалась. Они буквально возненавидели друг друга. Тогда в лагере подготовки, после войны, когда они учились у раненых солдат. Потом, когда они, десять самых сильных учеников решили воссоздать мир с нуля. Когда они ссорились и мирились, когда Рой пустился по наклонной из-за всех проблем, которые навалились за десятилетия их управления городами шара, начав беспробудно пить и гулять, когда от неминуемого краха его спасла Виктория. Когда горожане в поисках лучшей жизни взорвали стену, которая ограждает их от послевоенных проблем, которые остались до этих пор. Грандиозная мировая война, которая практически убила землю.

Рой не может потерять своего друга, который несмотря ни на что был рядом. Всегда. В любой ситуации.

Даже силы самого Эмида не помогли вернуть Ника. Его спасет только чудо. Только чудес не бывает.

Глава 11.

От него ужасно пахло. Его губы растянуты в ухмылке. А руки вытянуты в ее сторону. Длинные ногти так и готовы впиться в нежную кожу на шее. Его зовут Стен. Сальные черные волосы и такие же черные глаза. Зубы, съеденные кариесом, которые при улыбке имеют вид угольков. Одежда в пятнах и босые ноги.

Даниэль почему-то его не боялась. Девушку грела мысль, что он лишь маленькое препятствие на пути к Доминику. Дани отбросила свои волосы назад и со всей суровостью посмотрела в глаза Стену.

– Лучше тебе меня не трогать.

Она прошипела это буквально сквозь зубы. Торнтон была намного меньше него. Но она все же старалась казаться грозной.

– Тебе не позволено говорить, шавка!

Раньше она бы не сказала и слова в ответ. Раньше она – была не собой. Что такое «быть собой» она поняла лишь, будучи в Карцере. Быть собой – быть счастливым, это когда любое твое действие для тебя правильное. И только тут она осознала, что счастье есть. Оно всегда с ней. Счастье это как спички или зажигалка для курильщика, или как конфетка для сладкоежки, ОНО ЕСТЬ. Оно всегда здесь, просто из-за маленькой дырочки в кармане счастье затерялось в подкладке куртки. Но оно по-прежнему здесь. Счастье не зависит от удачи, от любви, от положения в обществе или от одиночества. Оно – просто есть. Даже если человек в ужасной беде.

Правда, сейчас Даниэль Торнтон злится и, наверное, первый раз в жизни она хочет кого-то ударить. Может быть, она бы это сделала, если бы ее побег состоялся несколько позже.

А мужчина был все ближе. Его мерзкие ручонки тянулись к ней с непередаваемой злостью и похотью. Он хотел ее. Хотел всеми известными ему извращенными способами. Его затуманенные глаза и мерзкая ухмылка на стареющем лице. Он приметил эту хрупкую девчонку еще десять дней назад, когда она переступила порог Карцера.