– Я считаю, что на корабле была или еще есть группа нараянистов, - говорил Мартинес.
– Капитан Флетчер покровительствовал им. Каким-то образом правду или ее часть узнал Козинич, хотя он мог и не подозревать о причастности капитана. Это стало угрожать всем нараянистам, и один из них - Тук - убил его.

– Звучит логично, - отозвалась Миши.

– Это было умело спланированное убийство, и мы бы никогда ни о чем не догадались, если бы похожая смерть Флетчера не навела нас на подозрения.

Перри и Алихан внесли кофе и треугольное печенье, и пока они предлагали всем перекусить, Мартинес молчал. Он попробовал кофе и сразу почувствовал, как его обдало жаром. В голове крутились мысли, которыми так не терпелось поделиться, что он с трудом поблагодарил Перри за напиток. Наконец ординарцы ушли, и он смог продолжить:

– Мы знаем, что Тук был нараянистом, потому что он носил их знак. Думаю, когда Козинича убили, капитан Флетчер начал понимать, что оказался в затруднительном положении. Если старшина проговорится, он тоже окажется втянут в дело об убийстве офицера - и не просто офицера, а члена штаба командующей эскадрой. Он не мог предъявить Туку официальное обвинение, так как при публичном процессе может обнаружиться, что он сам нараянист. Поэтому он воспользовался своим служебным положением и казнил Тука во время инспекции.

Мартинес пожал плечами.

– А вот дальше пойдут исключительно догадки, - продолжил он.
– Скорее всего, капитан Флетчер решил в порядке самозащиты избавиться от всех остальных нараянистов, но возможно, хотел убить только Тука. В любом случае, другие приверженцы культа решили, что Флетчер охотится и за ними, и нанесли удар первыми.

Миши выслушала его спокойно.

– Вы уже знаете, кто на корабле может верить в Нараянгуру?

Мартинес покачал головой.

– Нет, миледи. Я лишь знаю, что к ним не относятся оружейник Гулик и Третья ракетная батарея. В день своей смерти капитан Флетчер проводил осмотр их отделения и никого не казнил.

– Осталось еще три сотни подозреваемых.

– Я бы мог начать проверку с уроженцев Сандамы, родины капитана, и с клиентов Флетчера. С доктора Цзая, например.

– С Цзая?
– поразилась Миши.
– Но он же очень помог.

– Он с готовностью помог объяснить, откуда взялись его собственные отпечатки в кабинете капитана Флетчера.

– Но он лично доказал, что это именно убийство. Если бы был замешан, молчал бы.

Мартинес открыл рот, но тут же закрыл его, подумав: "Я же не сыщик из сериала".

– Ладно, Цзая пока не тронем, - сказал он.

Какое-то мгновение Миши смотрела ему прямо в глаза, а потом выдохнула и ее плечи опустились.

– Мы топчемся на месте. У вас любопытная теория, но даже если она верна, нам она не поможет.

Мартинес взял цепочки Флетчера и Тука в руку и поднял кулоны над столом.

– Мы уже обыскивали корабль, но тогда мы не знали, что искать. А теперь знаем. Мы ищем вот это. Осмотрим шкафчики и шеи экипажа.

– Милорд.
– Мартинес и Миши повернулись, услышав злость в бесцветном голосе Марсдена.
– Начните с меня, милорд. Я с Сандамы, и я был клиентом Флетчера. Очевидно, я вдвойне подозреваемый.

Мартинес посмотрел на секретаря, и ему стало не по себе. Марсден обижался за Флетчера и явно обиделся за команду. Обыск членов экипажа был оскорблением их достоинства, и Марсден принял это близко к сердцу. Он настаивал, что раз уж Мартинес намерен нанести такое оскорбление, пусть сделает это собственноручно и прямо сейчас.

– Хорошо, - ответил Мартинес, не видя другого выхода.
– Пожалуйста, снимите мундир, расстегните рубашку и выньте всё из карманов.

Марсден так и сделал, жилка на его виске пульсировала от сдерживаемого гнева. Мартинес рассматривал содержимое карманов, а секретарь вертелся перед ним, подняв руки на уровень плеч и показывая, что ему нечего скрывать. Никаких предметов культа найдено не было.

Мартинес стиснул зубы. Он унизил еще одного человека - и опять напрасно.

Хуже того, он чувствовал, что унизил самого себя.

– Благодарю, Марсден, - сказал он. "Ну ты и скотина", -беззвучно добавил он.

Не говоря ни слова, секретарь повернулся к нему спиной и надел мундир. Застегнув его, вернулся на место, положил планшет на колени и взял стило.

– Прошлый обыск прошел слишком суетливо, - сказала Миши.
– И занял очень много времени. В этот раз все будет организованнее.

Они еще посовещались по этому поводу, и Миши поднялась. Остальные встали и отсалютовали.

– Собираюсь пообедать, - сказала она Мартинесу.
– А потом отправим экипаж по местам и начнем обыск с офицеров.

– Так точно, миледи.

Она посмотрела на капитана и Джукса, который всю встречу тянул кофе и отправлял в рот одно печенье за другим.

– Поешьте с этими двумя у себя. Не хочу, чтобы новости попали в унтер-офицерскую кают-компанию.

Мартинес сдержал вздох. Вряд ли Марсден будет приятным гостем.