Он молча поднялся и прошел к сейфу. Расстегнул пуговицу на мундире, достал висящий на шее ключ, вставил его в замок и набрал код. Печати треснули, когда открылась дверца, и на Мартинеса пахнуло застоявшимся воздухом. Он вынул прозрачную коробочку, в которую доктор Цзай положил драгоценности Флетчера, открыл ее и аккуратно разложил печатку, серебряное кольцо и цепочку с золотой подвеской. Подняв последнее украшение к свету, он рассмотрел кулон, сделанный в форме дерева и сверкающий изумрудами и рубинами.

– Это аяка?
– спросил он.

Джукс прищурился, рассматривая раскачивающуюся подвеску.

– Да, именно она.

– Можно ли сказать, что этот кулон очень редок, или необычайно красив, или имеет иные, характерные только для него, черты?

Джукс моргнул, а потом нахмурился.

– Это очень изящная работа, довольно дорогая, но ничего необычного.

Мартинес сжал в кулаке украшение и вернулся к столу.

– Комм: вызываю лейтенанта Прасад.

В дверях замаячила чья-то тень, Мартинес поднял голову и увидел Марсдена с планшетом в руках.

– Милорд, если вы заняты...

– Нет. Входите.

– Лорд капитан, вызывали?
– С настольного дисплея на Мартинеса смотрела Прасад.

– У меня к вам вопрос. Капитан Флетчер носил кулон в форме дерева?

Чандра недоумевающе ответила:

– Да.

– Он носил его все время?

– Да, насколько я помню.
– Чандра посмотрела с возросшим интересом.
– Хотя он снимал его, направляясь, ну, в постель.

Мартинес поднял сжатую в кулак руку так, чтобы ей было видно, и разжал, выпустив кулон, повисший на цепочке.

– Это он?

Чандра прищурилась и поднесла свой нарукавный коммуникатор поближе.

– Похоже на то, милорд.

– Благодарю, лейтенант. Конец связи.

Экран погас, скрыв изумленное лицо Чандры. Мартинес, чувствуя, как в крови закипает адреналин, рассматривал подвеску, но потом вспомнил, что он в кабинете не один и на него молча глядят Джукс и Марсден.

– Немного посидите. Мне нужно время подумать, - сказал он.

В голове бурлили мысли.

Он открыл на экране стола инструкцию по безопасности, предназначенную для констеблей и следователей. Одна из глав была посвящена описанию культов и их признакам.

"Нараянизм - религия, основанная на учении Нараянгуру (Баламбодады Сета), осужденного за веру в высший порядок и за то, что якобы творил чудеса. Идеи Нараянгуру напоминают философию терранца Шопенгауэра, которого в свое время обвиняли в нигилизме. Хотя приверженцы культа верят, что Нараянгуру был распят на аяке, документально установлено, что его пытали и казнили на Терре способом, более распространенным в год 5581 от Торжества Праксиса. Введенные в заблуждение верующие иногда узнают друг друга по цветущим веточкам аяки, которые носят в определенные дни, или по посаженным возле дома деревьям этого вида, или по бижутерии, фарфору и другим предметам, украшенным орнаментом, имитирующим это растение. Они также выработали собственную систему опознавательных жестов.

Нараянисты не воинственный культ и не представляют другой угрозы Праксису, кроме распространения ложных идей. Представители культа были недавно замечены на Терре, Преовине и Сандаме, где иногда целые кланы тайно участвовали в обрядах нараянистов."

Мартинес посмотрел на Джукса и опять поднял болтающийся на цепочке кулон.

– Почему капитан Флетчер носил это?
– спросил он.
– Кулон не представляет из себя особой ценности, ведь так?

Джукс казался озадаченным.

– Нет, милорд.

– Допустим, он действительно верил, - сказал Мартинес.
– По-настоящему верил в Нараянгуру.

К удивлению Мартинеса на лице Марсдена появилась гримаса ужаса. Несколько мгновений секретарь подыскивал слова, а когда заговорил, капитану показалось, что его голос дрожит от гнева.

– Капитан Флетчер сектант?
– выдавил Марсден.
– Вы сами-то понимаете, что несете? Член клана Гомбергов и Флетчеров - сектант? Знатнейший пэр, чей великий род насчитывает тысячи лет...

Мартинеса поразила эта напыщенная отповедь, но у него не было настроения выслушивать помпезную лекцию по генеалогии.

– Марсден, - прервал он секретаря, - вы знаете, где хранятся личные вещи Тука и Козинича?

Марсден дернул кадыком, словно проглатывая свое негодование.

– Да, милорд.

– Принесите их сюда, пожалуйста.

Марсден встал, положил планшет на стул и отдал честь.

– Слушаюсь, лорд капитан.

Секретарь вышел на негнущихся от злости ногах. Джукс проводил его изумленным взглядом.

– Странный человек. Никогда не думал, что он такой сноб.
– А потом, подняв бровь, обратился к Мартинесу: - Вы правда думаете, что капитан Флетчер был нараянистом?