— Докирр, ты слышишь? — потормошил он старика. — Хорошие новости!

И, обернувшись к ожидающему неподалеку гонцу с его личным гербом, многозначительно кивнул. Пора, мол. Парень вскочил на коня и тут же умчался. О сообщении гонец знал заранее. О его единственном на сегодня задании — передать шерифу, сидевшему в засаде, сигнал готовности и вернуться с подтверждением обратно.

Герцог машинально потер руки. Похоже, лихорадка азарта не миновала и его. Все должно решиться в течение ближайшего часа.

А все-таки дураки эти охотники! Если даже тупица Торвалли смог их околпачить… Они даже знали о месте предполагаемого сражения, сообща его выбрали! Огромная проплешина, точь-в-точь такая, как и эта поляна, где заблаговременно засел шериф со своей бригадой. «Загоним его сюда, — решили они, — а там посмотрим, чей удар станет последним!»

Уж герцог-то знал чей. Охотники выдохлись, а команда Торвалли прекрасно отдохнула. Кроме того, она подготовлена не в пример лучше и снабжена кое-каким козырем. Все шансы, необходимые для полной и окончательной победы.

«Нужно отдать шерифу должное, — признал герцог. — До такого не додумался никто. Все, кто возжелал грохнуть дракона, прошли регистрацию и теперь трещат в чаще хворостом. Личная команда, надо же! Если повезет, об этом даже никто не узнает Просто гастролеры заехали…»

Прежней паники не наблюдалось. Тем, кто поставил на Тиролла и Чангора, были известны способности этой парочки. Очевидно, они решили, что охотники выкинут какой-нибудь хитрый фортель. Например, явятся к месту убиения ящера раньше всех остальных, не дожидаясь, пока Зорваггано подвергнется окружению.

Ничего, даже если так. Как говаривал один знакомый герцога, на каждую хитрую гайку найдется свой болт с крутой резьбой…

— Ну че, поперли?

— Может, все-таки не стоит его убивать? — спросил Рагнар.

— Стоит, — сумрачно ответил Хед. — Он жрал людей и заслуживает смерти только поэтому.

— Ну и что? — не сдавался Рагнар. — Мы, люди, к примеру, убиваем свиней. Мы их едим. А драконы едят людей.

— Ладно, хрен с этой философией, — одернул его вожак. — Дракону так и так придется умереть. Как только он узнает, что детенышей нет, иного ему и не останется.

Так и было задумано. Самка отлучится, поскольку выводок не может оставаться столь долгое время без пищи, и Вчиха похитит маленьких драконов прямо из гнезда. Зорваггано придется умереть, и Рагнар знал это, когда голосовал за решение вывезти малышей за пределы герцогства. Дракон отдаст жизнь за свой выводок, как и желал. Но то, что произойдет на поляне в недалеком будущем, само по себе отнюдь не снимет угрозу с их жизней. Если бы не план, разработанный оборотнями вместе со степняками. На Востоке о них сумеют позаботиться…

Дракон заметил их, когда они издали показывали гнездовище степнякам, и теперь, отлетев подальше, старался отвлечь внимание на себя. Глуп, но смертельно опасен. Как и всякий достойный родитель.

Ликантропы обнаружили гнездовище совершенно случайно. Глубоко в горах, куда они уходили охотиться и куда опасались ступать жители Сторхейльма, для семейной жизни драконов было идеальное место. Однако Зорваггано почувствовал влечение к человечьей крови и уже не мог жить без ее вкуса на шершавом языке.

Бешеных псов убивают.

Рагнар понимал все это, однако ему было по-своему жаль это могучее, свободолюбивое создание. Уж лучше убить, чем то, что герцог уготовит детенышам, как только отыщет гнездо… Жаль было и самку. Быть может, она еще сможет оправиться от утраты и вернуться в родные края. Если же нет — герцогские планы ей не грозят. Бросится с небес на скалы.

Рагнар вздрогнул, только представив себе это. Дракониха была воистину прекрасным созданием.

— Пошли, — ответил наконец Хед на вопрос Бальдра.

Однако не успели они выйти на тропинку, как со стороны герцогского празднества послышался стук копыт. Кто-то явно торопился. Между деревьев мелькнула синяя накидка гонца с гербами герцога.

— Постойте, — сказал Хед, удобнее перехватывая арбалет, — у меня есть идея получше…

Вот и он. Шериф облегченно вздохнул. Гонец с заветной вестью.

Парень спешился и поспешил к кучке воинов. Задумчивый шериф сидел в сторонке, а потому ему пришлось подняться, с кряхтеньем расправляя затекшие от долгого сидения конечности.