Компас и Кузьмой так громко смеялись, что прибежал официант и уставился на БД.

– Б-боюсь, с вашей жужжалкой стану чувствовать себя мужем Бетси... С-сегодня Рига мне ближе. Может, д-домашний анестезиолог з-заставит меня выучить латышский... Хотя с грузинским я так и н-не справился...

– Ихуйстобой, латыш сраный!
– мирно подвел итог пьяный Кузьма и опять повернулся к Компасу:

– Этери научила этого Рыжего придурка почти всему, что знала и умела... Но он трусит, Ленчик... Он вбил в свою рыжую башку, что плата за пользование знаниями будет слишком дорогой. Не знаю, откуда он это взял и пользовался ли всерьез своими способностями? Со мной об этом он говорит неохотно...

Они помолчали, поглядывая на БД, прогулялись по пустому ресторанному залу, уселись за столик, поджидая сладкое, и Кузьма снова вернулся к теме Этери:

– Я никогда не был особенно дружен с ней, Ленчик. Она не любила алкоголь и никого, и ничего не видела, кроме БД и своих датчиков. У нее что-то всегда звенело в карманах. У БД, заслышавшего этот перезвон, на лице появлялась совершенно идиотская счастливая улыбка.

БД напряженно смотрел на Кремль, словно желтовато-розовая картинка Спасской башни и Кремлевской стены с черными провалами теней в свете ртутных ламп, с трудом пробивающих снегопад, гипнотизировала и обещала ответы на мучившие его вопросы.

– Этери была очень красивой и странно подвижной... Рыжий говорит, что она очень пластична... Может быть... Движения ее тела бывали настолько молниеносны, что ты фиксировал лишь конечный результат - изменение позы: сам момент движения не запоминался... Я понятно излагаю, Леничка? Рыжий это делает в сто раз лучше... Теперь он не желает говорить о ней...

Официанта не было минут сорок, и все вдруг почувствовали это.

– Если этотраспиздяйподойдет, я убью его, - сказал Кузьма после очередного стакана виски, - ...и тогда, Рыжий, тебе придется вспоминать свой прошлый арсенал реанимации подручными средствами...

Появился официант и подошел к БД.

– Этот джентелмен с большим животом, - кивая на Кузьму и улыбаясь, сказал БД, - давно ожидает встречи с вами... Похоже, вам сейчас достанется. Попробуйте успокоить его.

Задремавший Кузьма поднял голову и неожиданно миролюбиво произнес:

– Принеси кофе с ликером, парень. Понял?

– Только не с-спрашивайте, с каким!
– добавил БД.

БД не понимал странного любопытства американца к Лаборатории... Он знал однако: стоит захотеть и мир Компаса станет для него открытой книгой... Но знал также, что никогда не сделает этого, потому что лучше этого не делать...

– Для нее не существовало общепринятых табу... Она их не понимала, между тем говорил Кузеван, пробуя крепкий кофе с миндальным ликером "Amaretto" и поглаживая область сердца.
– Однако этому сраному интеллигенту в голову не приходило, что он должен инструктировать ее.. А она трахалась со всеми, как только начинало свербеть в гениталиях... Но чаще - когда надо было получить наркотики у этого сукиного сына Зямы... Я доходчиво излагаю, Рыжий?.

– П-пора з-заканчивать, джентльмены!
– прервал его БД - Этери п-прекрасное и неповторимое с-существо, как неповторим, п-прекрасен и вечен каждый весенний или осенний день с м-мягким солнцем, нежно-зеленой или желто-красной л-листвой, т-томлением по будущей жизни или п-прощанием с нынешней... М-можешь ли ты, Кузеван, б-будучи б-биологом по образованию и начальником п-по призванию, растолковать журавлю, который с-собирается свить гнездо на с-столбе возле твоего т-терема в Светлых П-потемках, некоторые детали дипломатического п-протокола в п-посольстве Мозамбика? С Этери было еще т-труднее: в отличие от журавля, она не знала, что з-значит "вить гнездо"...

– ... Но знала, не хуже Черной Королевы, что случится через две недели...
– закончил Кузьма.

Через полгода Кузьма позвонил в Ригу и, нервничая, сказал БД.

– Этот пидарас Компас на днях вернулся из Тбилиси. Он говорит, что встречался с Лабораторной публикой и договорился кое о чем... Публика оборудует операционную в вивариуме и начнет испытывать коронарные жужжалки...
– Кузьма держал паузу, ожидая реакции БД.

– К-как ты с-себя чувствуешь, Кузяша?
– спросил БД.

– Почему твоя публика в Тбилиси, Рыжий, не стала заниматься выращиванием органов, а дружно ухватилась за предложение Компаса?

– Я говорил т-тебе, Кузя: ...это не к-консервация... Это нечто д-другое, обеспечивающее п-постоянно п-пополняемый запас органов для т-трансплантации... П-публика решила, что эта работа им не п-под-силу...

– Компас привез с собой из Тбилиси девку. Я встретил их в театре, на премьере спектакля, поставленного режисером-грузином, - сказал Кузя и опять замолчал.

– Г-говори, что с-случилось?
– заволновался БД.

– Он привез... Этери... Она изменилась... Стала другой... Еще лучше или хуже... не знаю. Узнала меня, но была сдержанна, будто я в чем-то провинился... Через месяц позвонила и попросила о встрече. Когда в условленное время я появился в холле сраного "Балчуга", меня поджидал Компас. Он сказал, что Этери на пару недель уехала в Тбилиси и просит извинить ее. Она согласилась... выйти за Компаса замуж. Свадьба через неделю... Здесь, в сраном "Балчуге".