– Карстен, ну серьезно, - Виттория пододвинулась к нему и чмокнула его в щеку, - Тебе тоже нужен отдых, а мне не сложно.

Борьба закончилась. Карстен тяжело выдохнул и махнул рукой:

– Ладно, давай.

Притормозив у обочины, они поменялись местами – и скоро уже Виттория начала клевать носом. Заснеженный однообразный пейзаж, тишина и мерное сопение Карстена с заднего сиденья убаюкивали.

Но спать ему оставалось недолго. Едва на обочинах появились указатели на контрольный пункт, Виттория включила музыку по радио – и он заворочался.

– Ты чего? – раздалось сзади после смачного зевка.

Растрепанная после сна голова Карстена появилась в зеркале заднего вида.

– Подъезжаем к пункту пропуска, - отозвалась Виттория, не отрывая взгляда от дороги.

Горный серпантин был плохим местом для того, чтобы крутить головой – так и за отбойники вылететь недолго.

– А, - односложно сказал Карстен.

Сзади раздалось какое-то движение и, не успела она и глазом моргнуть, он уже сидел на переднем сидении рядом. Акробат…

Несколько одноэтажных приземистых зданий выросли из укрывавшего горы снега словно из ниоткуда – а вместе с ними появилась и очередь из машин.

– Что за…? – протянула Виттория, нажав на тормоз, - Здесь обычно никого.

Карстен растерянно пожал плечами и зевнул так, что едва не вывихнул себе челюсть.

Причина столпотворения не стала понятной даже когда подошла их очередь – и они остановились у шлагбаума. Двое мужчин в форме поравнялись с их машиной, и Виттория опустила стекло.

– Ваши документы, - устало сказал один из них.

Виттория молча протянула ему две карточки – одну свою, вторую Карстена. Мужчина провел ими над сканером:

– Виттория Кароцци, Итальянская Республика, - прокомментировал он прежде, чем навести на нее камеру сканера биометрии.

Прибор запищал и загорелся зеленым. Мужчину такая реакция вполне удовлетворила.

– Все хорошо, - прокомментировал он и повернулся к Карстену, - Карстен Зеебергер, Швейцарская Конфедерация.

Карстен кивнул – и процедура повторилась.

– Все в порядке, - глянув на прибор, сказал мужчина, - Куда едете?

– В Перуджу, на пару дней, - ответила Виттория, - У моего папы день рождения.

Родители рассказывали, что раньше все было намного проще. Ни пунктов пропуска, ни какого-либо контроля, но ни она, ни Карстен этих времен не застали.

– Что везете? – никак не хотел успокаиваться мужчина.

– Ничего, - Виттория пожала плечами.

– Выйдите из машины, откройте багажник…

День уже вошел в свои права, когда они наконец-то оказались по другую сторону Альп. Немного подремав, Карстен все-таки вернулся за руль и теперь недовольно бурчал:

– Почему мы просто не полетели на самолете…

– Потому что на самолете лететь полчаса, а проверки проходить часа четыре, не меньше - устало отбивалась Виттория. Этот разговор происходил не в первый раз, - Накинь на дорогу до аэропорта и поезд до Перуджи – мы бы оказались у родителей только вечером. Быть единственным трезвым на вечеринке, конечно, иногда весело, но мне, знаешь, что-то не хочется.

– О, а что, будет прямо вечеринка? – оживился Карстен.

Виттория пожала плечами:

– Зависит от папы. Пару лет назад он позвал почти всех своих коллег, они дня три гудели.

Карстен хмыкнул:

– А твой батя интересный мужик.

– …а в прошлом году они с мамой просто поехали на два дня в горы, - не обратив на него внимания, закончила Виттория, - С ними никогда не угадаешь.

– То есть мы можем просто приехать и поцеловать дверь? – нахмурился Карстен, - Ты с ними созванивалась?

– Не-а, - Виттория отрицательно махнула головой, - Если они куда-то уехали, можем просто заехать к Джузеппе. У него, конечно, тесно, но мы же не будем все время сидеть дома? – подмигнула она.

Карстен никогда не бывал в Риме раньше, и Виттория была совершенно уверена, что, оказавшись там, он будет появляться дома только для того, чтобы поспать. Точно так же, как все остальные друзья, которые когда-либо останавливались у нее за многие годы жизни в Риме.

Снежные шапки гор давно остались позади, сменившись дождевыми тучами и пожухлой от прохлады зеленью. Одни маленькие городки сменяли другие. Карстен сперва заинтересованно вглядывался в окно, но довольно быстро перестал и снова начал зевать.