Расмуссен вежливо произнес:

– Можно мне посмотреть этот снимок?

Я передал ему его, и он стал его рассматривать. С кофейником в руках к столику подошла официантка. Она предложила мне меню, заляпанное следами рук. Сама же она хранила на себе следы своих недавних деяний - и на любвеобильных губах, и в разочарованном взгляде, невымытых волосах и ленивой походке.

– Вы хотите сделать заказ?
– спросила она Эрика.

– Я уже завтракал. Выпью кофе.

Я тоже заказал кофе. Официантка увидела снимок передо мной, когда наливала кофе.

– Я знаю эту девицу, - сказал она.
– Она была здесь прошлой ночью. Она изменила цвет волос, правда?

– А в какое время вчера?

– Должно быть, до семи. В семь я ухожу. Она заказала куриные сандвичи, все с белым мясом.

Она наклонилась и бесцеремонно спросила:

– Она кинозвезда или какая-то знаменитость?

– Почему вы думаете, что она кинозвезда?

– Не знаю. Она была так одета и так выглядела. Она очень симпатичная женщина.
– Почему-то она была возбуждена и приглушила свой голос: Простите, я не хотела быть надоедливой.

– С этим все в порядке.

Она отошла и потом казалась несколько разочарованной.

Расмуссен сказал, когда официантка не могла слышать:

– Забавно, конечно, но я также ее знаю.

– Вполне возможно, она говорит, что выросла здесь, в городе, где-то в районе железнодорожных путей.

– Ворд Расмуссен почесал свою стриженую голову:

– Я совершенно уверен, что видел ее. Как ее имя?

– Китти Гендрикс. Она жена, вернее, была женой Гарри Гендрикса, но они не живут вместе. Семь лет назад она жила с человеком, которого можно видеть здесь на снимке, - его имя Кетчел и, он, вероятно, жив до сих пор. Она накормила меня вымышленной басней о том, что была личным секретарем крупного бизнесмена, у которого Мартель похитил какие-то деньги. Но я не очень этому верю.

Вард сделал несколько пометок.

– Куда мы отправимся отсюда?

– Вы уже втянулись в это дело? Правда?

Он улыбался:

– Это лучше, чем наказывать людей за переход в неположенном месте. Моя мечта - стать детективом. Кстати, можно я оставлю у себя экземпляр этого снимка?

– Прошу вас. Запомните, сейчас она на семь лет старше и рыжая. Поручаю вам выяснить все о ее родственниках и ее местонахождении. Она наверняка знает гораздо больше того, что рассказала мне. Она может вывести нас на Кетчела.

Он сложил снимок и сунул в записную книжку.

– Я займусь этим немедленно.

Перед уходом Вард записал адрес и телефон на листке в записной книжке. Он сказал, что живет с отцом, но скоро собирается жениться и переехать в другое место. Он дал мне вырванную страничку и вышел из кафе, заспешив куда-то еще. Парень мне очень понравился. Больше двадцати лет назад, когда я был новобранцем в отряде на Лонг-Бич, я испытывал то же, что он сейчас. Он впервые впрягся в это дело, и я надеюсь, что служебная сбруя не слишком глубоко врежется в его добропорядочность.

18

Теннисный клуб закрыт до десяти часов, как сказал мне Эрик. Я застал Рето Столла, управляющего, в его коттедже, расположенном рядом с коттеджем миссис Бегшоу. На нем был голубой блайзер с золотыми пуговицами, что весьма соответствовало темной мебели его жилой комнаты. В ней отсутствовали личные вещи и чувствовался затхлый запах ладана.

Столл приветствовал меня с официальной вежливостью. Он усадил меня в кресло, в котором сам, очевидно, читал утреннюю газету. Он беспрерывно потирал и массировал руки.

– Ужасно, это убийство миссис Фэблон.

– В газетах еще не давали информацию?

– Нет. Миссис Бегшоу сказала мне. Старушки в Монтевисте имеют свои каналы связи, - добавил он с усмешкой.
– Эта новость была для нас как удар среди ясного неба. Миссис Фэблон являлась одним из самых замечательных членов клуба. Кому понадобилась смерть такой очаровательной женщины?

Я не сомневался, говорил он искренне, но в его голосе не было той теплоты, с которой говорят о женщинах.

– Может быть, вы поможете мне, мистер Столл?

Я показал ему несколько увеличенных снимков.

– Вы знаете этих людей?

Он поднес снимки к скользящей стеклянной двери, открывающейся во дворик. Его серые глаза сузились, рот пренебрежительно искривился.

– Да, они находились здесь в качестве гостей несколько лет назад. По правде говоря, я не хотел их пускать. Это были люди не нашего круга. Но доктор Сильвестр поднял шум из-за них.

– Почему?

– Мужчина был его пациентом и, очевидно, очень нужным человеком.