Абрахасу следовало испугаться, а он улыбнулся – его лицо выражало дикий восторг.

– Урок усвоен.

Лорэлия отбросила руку Абрахаса и двинулась в сторону главного зала.

При взгляде на пререкающихся идиоток за столом у нее засосало под ложечкой. Она не могла сидеть рядом с этими маленькими глупышками, не ведающими, что значит иметь сердце.

Вместо этого Лорэлия разыскала в зале единственную душу, которая проявила хоть каплю доброты. Бьюти сидела между двумя девушками-тростинками, которые едва касались еды.

Прекрасно. Значит, Лора им не помешает.

Кстати, не ело большинство гостий.

Лора шла вдоль стола, и ни один человек на нее не взглянул. Возможно, из-за ее темного наряда и умения держаться незаметно все решили, что она служанка.

Присутствующие недоумки на нее не смотрели, но Лора считала, что в конечном итоге ей это поможет. Подавшись к сидевшей рядом девушке, она прошептала:

– Тебе нужно подвинуться на одно место.

– Что, прости? – Девушка захлопала глазами. – Я не могу. Со мной рядом кто-то сидит.

– Там никого нет. – Лорэлия показала на пустой стул. – Ты сидишь не на том месте.

Девушка удивленно взглянула на пустующее Лорино место.

– Ой, мне казалось, раньше тут кто-то сидел. Видимо, я ошиблась.

– Да, видимо.

Потом Лора обратилась к следующей девушке. Потом к следующей. И так пока она не добралась до места рядом с Бьюти и не заняла его сама. С довольной улыбкой Лора спросила.

– Ну, как твой ужин?

Бьюти отложила вилку и откашлялась.

– Как тебе это удалось?

– Что удалось, милая? – Лорэлия подняла брови до комичного высоко.

Вот почему Лоре так понравилась эта девушка. Бьюти не спросила ни каким образом, ни почему Лора заставила стольких человек подвинуться. Вместо этого она расхохоталась. Фырканье и хихиканье напомнили Лорэлии, ради чего она это делает, ради чего терпит лишения и подвергается опасности.

Ради таких, как Бьюти, – добродушных горожан, любящих Тенеброс, которые заслуживали лучшего лидера, чем этот эгоистичный жестокий человек. Бьюти должна жить в свободном мире, в котором она могла бы выучиться и помогать семье или обрести свое призвание и влиять на то, что ее окружает.

Лорэлия взяла чистые приборы и посмотрела на стоящую перед ней тарелку с едой.

– Что ела та тростинка? Это похоже на кроличий обед.

– Ты и впрямь собираешься это съесть? – спросила Бьюти. – Я не смогла. Сказала слугам, что меня мутит. Взамен они принесли мне суп.

Лора вздохнула и изобразила жалобный взгляд.

– Если я тоже скажу, что меня мутит, думаешь, надо мной сжалятся?

Бьюти снова засмеялась. И ее смех прозвучал словно музыка.

– Возможно, если ты хорошо умеешь врать.

К счастью, врать Лора умела превосходно.

Взяв под руку Бьюти, Лорэлия повела ее по длинному коридору, вдоль которого располагались комнаты для невест. Двери комнат были покрашены в разные цвета. Лора предположила, что Агата таким образом разделила невест и для своего удобства расселила их по группам. Зачем учить имена, если можно просто запомнить цвета?

Бьюти остановилась у двери, выкрашенной в приятный нежно-розовый цвет.

– Вот, мне сюда. Надеюсь, ты хорошо выспишься.

Будто они были на свидании.

Не удержавшись, Лорэлия отвесила низкий поклон и широко развела руки.

– Провести с тобой вечер – честь для меня.

– Лорэлия! – одернула ее Бьюти. – Возвращайся к себе в комнату, пока никто тебя не увидел!

Будто Рыцарей Умбры это хоть немного интересовало. Они тенями выстроились в коридорах и стояли там, словно декоративные элементы или статуи, прячась за занавесками на окнах между комнатами.

Не переставая улыбаться, Лора упорхнула от своей новой подруги. Бьюти сделала этот вечер сносным, а Лора даже не представляла, что такое возможно.

Кто бы мог подумать? Эльфийка подружилась со смертной девушкой. Наверное, времена менялись.

Убрав тусклую прядь белокурых волос за ухо, Лора подошла к двери довольно мерзкого багрового цвета. Агата выбрала его, потому что он напоминал оттенок рвоты? Лорэлия чем-то не угодила главной экономке: каждый раз, когда она проходила мимо старой ведьмы, та смотрела на нее уничтожающим взглядом.