— Почти две, — ответила Н. С.

— И вы здесь только сейчас, — прохрипел Авис. — Прекратите этот цирк и верните меня к Барбаре.

Он сверлил женщину злобным взглядом загнанного в угол зверя.

— Сейчас ещё не время… — возразила Н. С., наклонив голову.

— Не ваше это дело, — сухо отрезал Птитс.

— Вы правы, — ответила Н. С. — Но вы задавали себе вопрос, хочет ли она того же?

Её слова поставили Карла в тупик. Барбара любила Птитса и, очевидно, была бы рада воссоединиться с ним после его предполагаемой «смерти».

— Конечно, хочет! — возмутился он. — Как вы смеете…

— А это вы не видели? — язвительно спросила Н. С.

Она активировала монитор. Там снова проступила площадь перед таверной, но явно до атаки разрушителей. У входа столпилось множество людей в курортной одежде. Они размахивали пёстрыми флажками и лентами, ожидая кого-то. Человек в офицерской форме бодро шагал по улице, намереваясь обойти это столпотворение. Но когда толпа кого-то поприветствовала, он остановился.

— Эту запись мы сделали незадолго до смерти вашего клона, — объяснила Н. С.

Дверь таверны открылась, и наружу вышли двое. Одной из них была девушка с чёрными волосами — Барбара. Другого Птитс не знал. Это был рослый, мускулистый мужчина на две головы выше его возлюбленной. Увидев толпу, этот человек принялся размахивать правой рукой. А левой он прижимал криганку к себе.

— Поприветствуйте Барбару Винтер, мои друзья! — низким голосом проговорил мужчина.

Тут же появилась стайка репортёров с микрофонами.

— Кто она такая?

— Вы любите друг друга?

Карл испытывал великое недоумение, глядя на эту запись. Он понял, что рядом с Барбарой пребывал Эдуардо Порки, игрок из баскетбольной команды «Серенийские Свиньи». Это его афиши расклеили по всей Высокой горе перед отлётом Птитса на Нод.

— Мы знаем друг друга давно — наши родители дружат, — Авис слышал голос баскетболиста. — Но я уже много лет не видел Барбару и был рад встрече с ней в Штальштадте. Мы поговорили, вспомнили молодость, а сейчас я намерен жениться.

— Когда будет свадьба? — сразу влез некий репортёр.

Люди восторженно ахнули. Мужчина наклонился и поднёс губы к губам женщины. Карл до последнего надеялся — вдруг это не Барбара, вдруг это просто шутка или злой розыгрыш «Чумы»… Но это была не шутка — криганка и серениец на глазах Ависа слились в страстном поцелуе.

— Барбара! — Птитс вздрогнул, услышав дикий вопль.

Этот голос принадлежал ему — и при этом не ему. Клон в военной форме оцепенело стоял прямо напротив них.

— Что, Карл? — как ни в чём не бывало спросила криганка.

— Бар… ба… ра, — тише произнёс двойник Ависа. — Ты… любишь меня?

Этот вопрос бы задал и он сам, будь он тогда на Зекарисе.

Тем временем клона окружил всё тот же сонм репортёров и журналистов. Они о чём-то галдели, но Птитс не мог ничего расслышать. Да и не хотел.

— Пойми, ты нравился мне как друг и соратник, Карл, — спокойно произнесла Барбара. — Ты интересный и необычный, но… Мне нужна сильная рука, и у Эда она есть. Мы давно знаем друг друга и встретились сейчас на Кригсхайме.

«Как друг и соратник», «сильная рука»… Карл по эту сторону экрана не верил, что это Барбара. Та самая, которой он доверял, которая казалась ему родственной душой… А этот мускулистый боров лапал криганку, судя по тому, как шевелились её голова и шея… Птитс хотел увидеть на её лице боль и страдание, хотел, чтобы ей было неприятно. Но их он не нашёл.

— Я ещё… хочу сказать, — будто пьяный, пролепетал клон.

— Что вы хотите сказать? — подсуетился журналист.

— Чё? — рыкнул Эд, будто какое-то животное.

От этого слова толпа утихла, и все обратили внимание на главных действующих лиц сего спектакля.

— Сейчас здесь… будет опасно, — прохрипел двойник Птитса. — Эд, прошу об одном — береги её.

— Чё ты несёшь? — грубо произнёс мужчина. — Иди отсюда и не трогай нас.

— Идите… к космопорту, — Карл слышал в голосе клона отчаяние, которое испытывал и сам. — Спасайтесь, улетайте отсюда — БЕГИТЕ!

— Псих, чё ль? — злился и недоумевал Эд.

— БЕГИТЕ! — двойник вытащил из кобуры пистолет и выстрелил в небо.