– Мистер Прайс, – раздался мягкий голос над ухом.

Жиль поднял голову и столкнулся взглядом с щуплым человеком в белом халате.

– Подождите, док, не мешайте, – Жиль вернулся к попыткам приманить кролика.

– Прошу прощения, – доктор присел на край скамьи рядом с Жилем. – Вижу, Вам удалось привлечь внимание одного из наших обитателей.

Кролик смотрел на морковку в руках Жиля блестящими глазками, однако не сдвинулся ни на шаг. Доктор протянул руку – и кролик в несколько прыжков очутился рядом с его ногой и дал себя погладить.

– Вы позволяете себе опаздывать на полчаса, ваш сервис дорожает каждые два месяца, а ваши кролики слишком мнительные, – посетовал Жиль, выпрямляясь. – Напомните мне, Стэнли, почему я вообще выбрал ваш центр?

– Разумеется, мистер Прайс, – с улыбкой ответил доктор Стэнли. Кролик остался сидеть у его ног. – Одним из определяющих факторов наверняка можно назвать уникальную методику лечения, доступную только в нашем центре.

– Ну да, «виртуальная реальность, сотканная из желаний и страхов пациентов» – так написано в ваших буклетах. Штук пять их видел, пока сюда шёл.

– Могу Вас заверить, что данная методика, пускай и является инновационной, уже крайне хорошо себя зарекомендовала.

– Да-да, вот только благодаря этой прославленной терапии моя мать всё больше удаляется от настоящей реальности.

– Мы были вынуждены внести изменения в программу лечения, – доктор Стэнли перестал улыбаться. – Хочу напомнить, мистер Прайс, что Ваш счёт был арестован и банк прекратил выплаты Центру.

Жиль не подумал, что его счёт могли арестовать – он не проверял его с того дня, когда покидал Альянс полгода назад, так как не испытывал необходимости в больших суммах. У него никогда и не было привычки проверять свой счёт: квартира в Цитадели предоставлялась за счёт Армии Совета, как и форма, питание и медицинское обслуживание, а сам он слишком редко тратил деньги, чтобы обращать на них внимание.

– Однако выплаты вскоре возобновились, что позволило нам вернуться к первоначальному курсу, – доктор снова улыбнулся.

Кролик, сидевший рядом с ботинком Стэнли, потянул носом и неуверенно прыгнул в сторону Жиля. Обрадовавшись, Жиль снова нагнулся к нему, протягивая ароматную морковку, но зверёк тут же отскочил назад и спрятался за ногой доктора.

Жиль вздохнул: даже кролики не хотят иметь с ним никаких дел.

– Мы понимаем Вашу обеспокоенность, мистер Прайс, – мягко проговорил доктор, взяв кролика на руки, чтобы почесать ему шею. Зверёк зажмурился от удовольствия, но, как показалось Жилю, украдкой поглядывал на морковку. – Мы делаем всё возможное, чтобы добиться видимых результатов. Однако Вы должны понимать, что Вашей матери недавно пришлось пережить новое потрясение.

– Вы имеете в виду Орион?

Доктор Стэнли серьёзно кивнул.

– Ламберт любила своего брата. Она хотела встретиться с ним на новогодних каникулах. Его гибель стала неожиданностью.

Жиль повертел в руках морковку, отмечая, что кролик внимательно следит за каждым его движением.

– Кроме Вас у неё никого не осталось, но Вы, ввиду Вашей занятости, не можете посещать её так часто, как того требует реабилитационная программа. Для Вас должно быть очевидно, что это оказывает негативное влияние на состояние пациента.

– Может, ей будет спокойнее, если я совсем прекращу свои визиты?

– Ни к чему прыгать в крайности, мистер Прайс, – кролик задёргался, и Стэнли опустил его на землю. – Но и останавливаться на полпути было бы ошибкой. Мы имеем основание считать, что трёх лет терапии будет достаточно, для того чтобы увидеть положительную динамику.

– Вам виднее, док, – пожал плечами Жиль. – Могу ли я видеть её сейчас?

– Простите, но я вынужден отказать, мистер Прайс, – покачал головой Стэнли. – Насколько я понимаю, Вы здесь ненадолго. На Вашем месте я бы отложил визит до той поры, когда у Вас появится возможность навещать её не реже, чем раз в неделю.

Жиль внимательно посмотрел на Стэнли.

– Знаете, Стэнли, единственная причина, по которой я Вам доверяю, – всё это, – Жиль показал рукой на лужайку с кроликами и маленьким искусственным озером. – Парк, кролики, хорошая еда, тишина и покой.

Он поднялся со скамейки. Доктор Стэнли последовал его примеру.

– Ценю Ваше благоразумие, мистер Прайс, – улыбнулся он и протянул Жилю руку.

Жиль посмотрел на притаившегося под скамейкой кролика и вложил в протянутую руку доктора морковку.

– Счастливо оставаться, Стэнли.

По дорожке, выложенной цветной плиткой с ромбовидным узором, он направился к центральному входу мимо главного блока ЦПП – двухэтажного здания кремового цвета, весь первый этаж которого состоял из прозрачных пластиковых панелей. Проходя мимо, Жиль представил, как его мать сидит днями напролёт в своей голубой комнате в восточном крыле второго этажа – если, конечно, её ещё не перевели – и «отсутствует» в виртуальной реальности.

Миновав пост охраны, Жиль быстрым шагом вышел через арку и оказался на полупустой парковке. Часы на дисплее голографа показывали два часа дня. Вынужденный отпуск тянулся до невозможности медленно. Возвращаться в пустую квартиру не хотелось.