Изалай вдруг остановилась, сжала меня в горячих объятиях и прошептала:

— У тебя всё будет хорошо, Саша. Я верю в это.

И я заплакала. Горькими обидными слезами.

— Саша, — ещё тише прошептала девушка, осторожно погладив меня по голове, — не плачь, пожалуйста. Скоро весь этот ужас закончится, обещаю. И ты будешь счастлива. Поэтому не плачь, иначе заплачу и я.

Меня рассмешили слова Изалай, я разорвала объятия и вытерла горькие слёзы.

— Простите, лорнесса, я не хотела испортить вам настроение.

— Глупая. Ничего ты не испортила. Это я заговорила на больную для тебя тему. Извини.

— Идёмте, лорнесса Изалай, — сказала я, взяла девушку за руку и повела за собой, — кажется, нас уже заждались.

Мы вошли в гипостиль, держась за руки. Я попыталась отпустить девушку, но Изалай крепче сжала мою руку и прошептала:

— Доведи меня до жениха, я хочу, чтобы все видели, как я сильно тебе доверяю.

Я приподняла от удивления брови, но ослушаться не пыталась — похоже, Изалай решила серьёзно взяться за проблему отношения вайров к человеческой расе, и начать решила с меня. А я не против, к тому же не первый раз иду через весь зал к средоточию власти. Вайры, как и на церемонии совершеннолетия Ниари, переглядывались, шептались и недоумевали, почему рядом с высшим мира сего идёт какой-то грязный человечишка, а мне стало абсолютно всё равно — сейчас они для меня были безликой серой массой, не способной причинить мне вреда.

Я медленно довела Изалай до ступеней, помогла подняться на подиум и остановилась напротив Нира. Он был прекрасен в своих белых одеждах и, не отрываясь, смотрел на невесту. "Вот оно", — с горечью подумала я, — "Нир наконец-то разглядел, какую сказочную фею он берёт в жёны". И надежда, которая теплилась где-то глубоко в моём сердце, окончательно рассыпалась на мелкие осколки, превратившись в прах.

Я взяла Ниарита за руку и вложила в его горячую ладонь не менее горячую ладонь Изалай, и они тут же переплели пальцы. Нир ни разу не бросил на меня даже мимолётного взгляда, он просто меня не видел, да и вряд ли он видел что-то кроме Изалай. Не зная, что делать дальше, я попыталась отойти подальше, но кто-то положил на моё плечо прохладную руку, и я мгновенно поняла, что это сойлар. Он нагнулся к моему уху и еле слышно прошептал:

— Ты должна находиться за левым плечом невесты во время ритуала, девочка. И не покидать её до окончания поздравлений.

Я едва заметно кивнула и встала слева от лорнессы. Заиграла мягкая музыка, вайры смолкли, а фонарики-светлячки устремились к подиуму, где стояли жених с невестой, их родители и вайр в бежевых одеждах. Над нашими головами стало очень светло, а гипостиль погрузился во тьму, которая изредка освещалась вспышками молний — к Койру приближалась гроза.

Я не прислушивалась к словам священника, нараспев произносящего какие-то молитвы. Не смотрела на невесту и жениха. Не обращала внимания, как проходит свадебный ритуал. Я слушала красивую музыку и считала вспышки молний, слишком часто озарявших морской горизонт. Когда зал взорвался радостными криками, я насчитала триста сорок восемь вспышек, а потом в гипостиле стало ярко как днём. В центре подиума как по волшебству, появились два белокаменных трона, куда и проследовали молодожёны. Я скрылась за троном теперь уже не лорнессы, а сойли Изалай и начала наблюдать за гостями. Часа два ушло у вайров на поздравления, восхваления и пожелания всяческих благ новоиспечённым супругам, причём на подиум никто не поднимался — вайры пытались как можно дальше держаться от Изалай, чтобы не запятнать чистоту её девичьей энергии. Я глупо хихикнула, потому что эта вайрийская традиция казалась мне смешной, но чужая раса — потёмки, особенно раса тварей. Я умирала от скуки, и Изалай, видя мои страдания, периодически брала меня за руку и сжимала, подбадривая. Легче мне от этого не становилось, но радостная улыбка вайрини поднимала мой дух — она была по-настоящему счастлива. И Ниари. Он тоже был счастлив, постоянно улыбался и не отрывал влюблённого взгляда от своей жены. Интересно, когда Ниари успел поменять своё мнение об Изалай, ведь и в российских лесах, и на церемонии совершеннолетия, и в Канаде он постоянно говорил, что мать навязывает ему женщину, которую он не хочет и не желает видеть рядом с собой. Мне вспомнился день перед отлётом в Канаду, тогда я впервые увидела Изалай и искренне её возненавидела, повесив ярлык двуликой змеи. В чём кардинально ошиблась. Может, и Ниари это понял, немного пообщавшись с девушкой, ведь тогда в беседке они выглядели счастливыми, когда разговаривали друг с другом.

Когда начались танцы, я, наконец, облегчённо выдохнула и с чувством выполненного долга покинула супружескую пару.

У вайров были танцы, а у меня был ровай. Именно он не давал пасть мне духом и поддерживал настроение, и я серьёзно начала задумываться над тем, как бы не спиться с такой жизнью. Гости, кстати, тоже не отставали, и пили чересчур хорошо. К полуночи все без исключения вайры и вайрини были настолько счастливы и пьяны, что даже я среди них казалась трезвой, как стёклышко. Я удивлённо смотрела по сторонам и диву давалась, как в них лезет столько алкоголя. А вот к появлению сойлари Сиодай я готова не была и вздрогнула, когда она больно схватила меня за плечо и развернула к себе.

— В полночь супруги Лайонай поднимутся в свои комнаты, — зашипела она мне в ухо, а я почувствовала едва уловимый запах алкоголя и внимательно посмотрела на Сиодай — вайрини была пьяна, и я решила лишний раз её не злить, а спокойно выслушать и согласиться со всем, что она мне скажет, жить мне всё ещё хотелось. — Ты пойдёшь за ними, поможешь снять одежды, встанешь слева от кровати и дождёшься окончания брачной церемонии. Убедившись, что брак подтверждён, ты вернёшься в гипостиль, поднимешься на подиум и скажешь: "Свадебная церемония окончена. Блага сойлу Ниариту и сойли Изалай Лайонай". Ты поняла меня, человечка?

Я кивнула, но на свой страх и риск решила уточнить:

— По-русски?

— Грязная человечка, — прошипела озлобленная сойлари и повторила ритуальные слова на вайри, — запомнила?

Я кивнула, Сиодай отпустила моё плечо, с силой толкнула и ушла. В этой ритуальной фразе не было слов, которые бы я не знала, поэтому произнести её на вайри не составит особого труда, к тому же я настолько привыкла слышать вайрийскую речь параллельно переводчику, что уже почти не нуждалась в нём.

Время неумолимо двигалось к полуночи, я вернулась на подиум, подошла к Изалай и тихонько шепнула:

— Сойли, пора.

Девушка кивнула и посмотрела на супруга. Нир улыбнулся и повёл девушку к выходу. "Вау, — подумала я, — они уже понимают друг друга с полувзгляда."

Вайры расступались перед супругами, кто-то затянул грустную песню, которую тут же подхватил весь гипостиль, а я чувствовала себя третьим лишним на чужом празднике жизни, мазохисткой, истязающей себя по своей же воле.

Ниари и Изалай не говорили, они молча дошли до своих комнат, молча вошли в спальню и остановились друг напротив друга, уперев глаза в пол. Я уж было хотела спросить: "И чего ждём?", но потом вспомнила, что именно я должна их раздеть и тяжко вздохнула, пробурчав себе поднос: "Что за бред".