Не обращая внимание на полное отсутствие интереса со стороны китайца, Рэнд скользнул одной рукой по боку предмета и вытащил нечто вроде грубой зубной щетки. Затем он нажал на кнопку, сильная струя водянистой белой пасты ударила в стенку рядом и стала медленно стекать на пол.

– Нет проблем, - сказал Рэнд, нажимая на кнопку "ВЫКЛ."

Устройство продолжало с бульканьем выплевывать беловатую массу в ладонь Рэнда.

– Нет проблем, - повторил Рэнд.
– Это легко вымыть. А когда это работает, это всего лишь одна из десяти весьма полезных функций этого Помощника в Мытье. Конечно, я сужу предвзято, но мне кажется. Вы вполне могли бы использовать подобные этому современные устройства в Вашем магазине. Может быть, я запишу Вас на дюжину? Поверьте мне, даже в таком месте, не слишком похожем на магазин Серз Ребак, их расхватают за неделю.

Как бы в качестве финального аккорда к торжественному обещанию Рэнда, Помощник в Мытье издал громкий звук - нечто среднее между отрыжкой и взрывом мокрого цемента - выпустив мощный гейзер липкой массы, достигший левого отворота пиджака изобретателя.

– Еще есть небольшие недоработки, - неуверенно сказал Рэнд.

Тогда китаец взорвался. Губы его разжались, обнажив ряд впечатляюще огромных зубов, и он затрясся от смеха, как Гора Рашмор, которая внезапно оживает. Вначале он раскачивался сбоку набок, потом сверху вниз. Из-под туники появился палец и указал на Рэнда, обличающий крючок слегка подрагивал, поскольку старик трясся от смеха.

– Т..т..т...Томас Эдисон, - сказал он сквозь смех.
– Томас Эдисон.

Заметив, что мальчишка видел демонстрацию и теперь тоже смеялся, смущенный, но привыкший к подобному после уже случавшихся неприятностей, Рэнд добродушно хохотнул. Какое-то время он продолжал делать вид, что смеется, терпеливо ожидая, когда веселье закончится. В это время он различил тонкий голосок в общем смехе. Он был выше, чем голоса старика и мальчика, нечто среднее между воркованием младенца и криком попугая.

– Подождите, - воскликнул он.
– Что это?

Старику и мальчику еще требовалось время, чтобы прийти в себя. Когда они наконец успокоились, посторонний голос со странной интонацией продолжал смеяться где-то.

– Я никогда ничего подобного не слышал, - пробормотал Рэнд, переводя взгляд с одного китайца на другого. Они отреагировали на его незаданный вопрос, отведя взгляд. Старик вдруг проявил большой интерес к куску бумаги у себя на столе; мальчик, будучи менее тонкой натурой, просто отвернулся. Тем временем странный смех все доносился из маленькой комнатки прямо за ними.

– Бог ты мой, это наверняка что-нибудь интересное, - сказал Рэнд, не обращаясь ни к кому в отдельности, двигаясь к дверям комнаты.

Когда он подошел к входу, он обернулся и посмотрел на мальчика.

– Это то самое?
– спросил он.
– Ты за этим привел меня сюда? Это та самая "необычная вещь"?

Мальчик уставился в пол под резким взглядом деда.

– Да, наверное, это так, - Рэнд сам ответил на свой вопрос.
– Конечно, я хочу посмотреть, кому или чему принадлежит этот смех.
– Постояв мгновение в дверях, он подумал о праве собственности. Дальняя комната все же была частным владением, и несмотря на любопытство, он понимал, что ему нужно их разрешение, чтобы заглянуть туда.

В ответ китаец пожал плечами.

– Спасибо, - сказал Рэнд.

Пробравшись сквозь занавеси из бисера, он вошел во внутреннее святилище, и подождал минутку, пока глаза привыкли к темноте. Наконец он смог различить стол, на котором были свалены в кучу несколько десятков коробок из-под обуви, в каждой из них были всякие безделушки. Около них была маленькая клетка, накрытая куском джутовой ткани. Из-под джута раздавались мягкие звуки - уже не странный хохот, как минуту назад, но все же что-то неземное. Подойдя к краю стола, он протянул руку, не видя, что двое китайцев вошли вслед за ним и теперь стояли в дверях, и их тела отбрасывали удлиненные тени.

Мягко, почти благоговейно Рэнд поднял джутовую ткань.

– Ого, - сказал он мягко.

Он никогда раньше не видел подобного существа.

– Что же это такое?
– спросил Рэнд.

– Могвай, - ответил старый китаец.

– Мог - что?

– Так он называет себя. Мне потребовалось много времени, чтобы выяснить это. Я понятия не имею, что это.

– Могвай, - повторил Рэнд.
– Звучит как что-то с другой планеты. Слишком трудно запомнить и произнести. Мне-то кажется, это просто то, что мне надо.

Существо недружелюбно посмотрело на Рэнда и, не раскрывая рта, издало низкий звук.

– Что он делает?
– спросил Рэнд.

– Поет, - ответил мальчик-китаец.
– Он делает это только для тех, кто ему нравится.

Рэнд улыбнулся.

– Что он ест?
– спросил он.

Старик улыбнулся в ответ.

– Все, что угодно.

– Что Вы хотите этим сказать - все?

– Все, что можно разжевать. Вчера он съел резиновую губку. Он также ел картон и упаковочную стружку. Но мне кажется, что ему больше всего нравится то же, что и нам.