Потом он долго соединял линиями то, что могло быть соединимым. Слушал себя, на каком из пунктов его желаний у него было больше всего энергии. Ведь так его учил Лев Ипатьевич, его старый учитель физики: слушать себя и чувствовать, пошла энергия или нет. Энергии было много во всем, где было слово «хочу». И это мешало принимать решение. Наконец-то он сделал выбор. Дизайн, архитектура, строительство!

Это то, что ему всегда по-настоящему нравилось и хотелось делать. Началось еще в школе, когда он посмотрел какой-то фильм про архитекторов. Его восхищали красивые дома и интерьеры. Ему очень нравилось листать журналы, в которых были картинки интерьеров и красивых фасадов зданий. Ему вдруг нестерпимо захотелось менять этот мир. Делать его все красивее и наряднее. Видеть улыбающихся заказчиков, трогать новые красивые материалы отделки, фотографировать эту красоту после ремонта и сравнивать с тем, что было ранее, радуясь изменениям, воплощенным в жизнь результатам своего труда. Радуясь вместе с заказчиками, которые потом будут в этой красоте жить, любить, творить, чувствовать… И, может быть, иногда даже вспоминать того, кто им когда-то помог это сотворить. Энергия пошла! Артем стал, пошел на кухню. Хоть он и не курил, у него непонятно откуда возникло в этот огромное желание затянуться хорошей сигаретой. Он стоял у окна кухни, наслаждался первыми падающими снежинками, медленно падающими под углом света фонаря и все более и более укрывающими черную землю. И ему даже показалось, что это тот самый новый белый холст его жизни, который он будет сейчас раскрашивать яркими красками своих мыслей, идей, чувств, ощущений, действия. Было невероятно круто это видеть и осознавать. «Вот она моя и только моя жизнь! Я не хочу и не буду жить в матрице, в которой живут все, принимая только то, что им дают. Я буду сам создавать свою матрицу. Я буду творцом!» – проносился поток восторженных мыслей в его голове.

Название компании тоже родилось в эту же ночь. «ДАГАС»! Это аббревиатура фразы «Дело Артема Гордеева – архитектура, строительство». И он блаженный уснул уже под самое утро.

Ранним утром Артем проснулся под будильник, отвел старшую дочку в детский сад и скорее поехал к своему другу на работу, у которого была печатная машинка, чтобы напечатать устав своего будущего индивидуального частного предприятия. Печатал по образцу, данному его другом-чиновником, целый день. Сам. На печатной машинке, давя одним пальцем по клавишам. Печатная машинка не прощала ни единой опечатки. Многие страницы приходилось перепечатывать, ведь испорченные опечатками и ошибками листы райисполкомом, который регистрировал новые ИЧП, не принимались.

Спустя неделю он получил подписанное свидетельство об открытии предприятия, и началась новая жизнь. Наполненная и радостная, драматичная и непредсказуемая.

На зимние каникулы второго года учебы в институте, Артем со своим хорошим знакомым Андреем, который учился в параллельной группе их курса, решили скататься на сэкономленные от стипендии деньги в Москву. Это был 1984 год. К московской Олимпиаде-80 в столице построили много новых современных гостиниц. Одна из них была в Измайлово. Точнее целый комплекс: «Альфа», «Гамма» и т. д. Приятели по рассказам одногруппников знали, что в каникулы там весело проживают студенты: дискотеки по вечерам, бары, знакомства, прогулки по красивой Москве. И парням очень захотелось развеяться после напряженной сдачи сессии: попить фанты, которую в своем провинциальном городе они могли купить только по большому блату, поесть дефицитных апельсинов, а если повезет, то и купить себе что-нибудь из одежды.

Они заранее купили путевки, билеты на поезд. Хоть и были и студенты, но уже знали разницу между плацкартом и купе. Взяли купе с пятидесятипроцентной скидкой для студентов за каких-то восемь рублей в один конец. Месячная повышенная стипендия Артема тогда была сорок шесть рублей. В то время, как обычная стипендия была всего сорок рублей. И друзья-однокурсники всегда шутили над Артемом, что он может себе позволить за эту разницу в шесть рублей лишний раз сходить в ресторан, которые тот вообще не любил. Не то, чтобы не любил. Он в них никогда и не был, считая эти заведения рассадником разврата, чревоугодия и пошлости.

Артем очень хорошо запомнил тот день, когда он впервые встретился с Ланой. Тема и Андрей собрались на вокзале, каждый взял с собой еды: вареные яйца, жареную курочку. Сели в поезд. Поехали.

Артем стал пролистывать какой-то журнал, дежурно лежавший на столе купе. Андрей неожиданно выскочил в коридор и стал разговаривать со своим каким-то знакомым. Тема вышел из купе тоже. Познакомились. Это был Олег. Он ехал на каникулы в Финляндию к своей маме, вышедшей замуж за финна. На Олеге были белоснежные зимние кроссовки «на липе» и широченные по моде джинсы-бананы. Зависти друзей не было предела. Это стало понятно по тому, как они переглянулись. Разговорились. Оказывается, он учился на их же строительном факультете, только на курс старше. Болтали о том, о сем. Когда они решили перекусить в купе, Артем с особым старанием записывал финские фразы «для жизни» и поговорки, чтобы потом где-нибудь когда-нибудь при случае щегольнуть, блеснуть своей эрудицией.

Олег в разговоре посетовал, что в своем купе сидеть ему не хочется. Дескать, «не повезло, еду в купе с тремя девчонками-студентками, не с кем поговорить». Артем с Андреем оживились и сказали:

– Так давай мы к тебе в гости завалимся. Девчонки-то хоть красивые?

– Не в моем вкусе, – ответил Олег.

– Ну, и ладно. Все равно зайдем.

У Темы была с собой какая-то бутылка вина с загадочным названием «Чумай», взятая на дорожку. Ребята ее завернули в газету и пошли в соседний вагон, в купе к Олегу. Постучали, как глубоко интеллигентные люди. Вошли. Артем увидел Ее сразу. Эту красивейшую девочку у окна. Это была Лана. Все познакомились. Олег явно скучал и делал вид несчастного пассажира, которому не с кем было поговорить.

Растерянно улыбающаяся Лана сидела у окна. Рядом с Ириной, своей подругой, в прошлом одноклассницей, а ныне одногруппницей. На противоположном сиденье у окна расположилась громкая Оля, как потом оказалось, старшая сестра Ланы и уже теперь уже знакомый Артему молчаливый Олег.

Лана была очень красивая и стеснительная. Русые вьющиеся волосы, вздернутый носик, матовая кожа. Настоящая русская красавица! Ирина, темная шатенка, была более раскрепощенной, сидела, согнув ноги калачиком, и очень громко смеялась над всеми шутками парней. У нее была горбинка на носу и широкие скулы. Глаза веселые и игривые. Ольга была большая. Нельзя сказать, что полная, но с большими «формами». И была при этом чем-то похожа на худенькую Лану. Девушки ехали на каникулы к своим московским родственникам.

Артем присел у двери купе рядом с Олегом, чтобы лучше видеть Лану. Почти напротив него находилась Ирина, сидящая рядом с Андреем, расположившийся на самом краешке сиденья. Девочки о чем-то оживленно беседовали, смеялись, были непосредственными, делая вид, что парни им совсем не мешают. Артем разглядывал девушек и несколько раз его взгляд пересекся со взглядами Ирины и Ланы.

Тема заметил, как Лана засмущалась, поглядывая на него. Артему это очень нравилось. Взгляд Ирины был более свободный, и Артему казалось, что она даже заигрывает с ним своими веселыми глазками. Посидев немного, он решил перейти в наступление. Спросил, где они учатся. Оказалось, что в том же институте, на первом курсе другого факультета. Только Оля была постарше и училась уже на третьем курсе. Потом болтали о Москве, институте, своем городе. Находили в разговоре общих знакомых. Андрюха достал бутылку крепленого вина, прихваченную Артемом. Девочки сказали, что не пьют. Но… вечер был долгим и потихоньку на шестерых они выпили эту бутылку «Чумая».