— Ты прав. Новые народятся и вырастут быстро. Полезнее начать со взрослых, чтобы не успевали передать опыт.

Тем не менее, именно к детскому саду крыс они и пошли. Укрыт он был действительно качественно. Пришлось преодолеть немало тёмных лабиринтов прежде, чем Дэм уловил характерный запах. Эту большую пещеру вымыла когда-то вода, а не проломили люди, вход в неё охраняли взрослые самки. Сознавая, что эти будут стоять на рубеже до последнего, вампиры тихо отступили. Дэм теперь знал дорогу и приободрился.

Крыс в катакомбах оказалось немного. Должно быть, все кроме часовых, кормились на полях. Вот и пускай расслабляются. Следует выждать несколько ночей, а потом начинать войну. Вряд ли разум грызунов настолько развит, чтобы просчитать стратегию куда более продвинутого вида.

Подумав так, Дэм вспомнил, что он бродит здесь голый, хуже, чем крыса, у которой есть шерсть и одежда ей не так уж нужна. Вот и гадай, кто тут вершина разума. Неприятно, если разобраться. Дэм решил отвлечься и подкормить немного пробудившуюся некстати совесть. Всё-таки судьба Люца и Велаза была ему небезразлична.

— Зимей, ты тут всё знаешь, помоги отыскать двоих наших или хотя бы прояснить их судьбу. Они исчезли в дыре и больше мы их не видели.

Бросили, короче говоря. Эту деталь Дэм уточнять не стал.

— Пошли, — охотно согласился парень из подземелий. — Вроде бы я все дыры тут изучил. Посмотрим.

Теперь Дэм держался впереди. Он довольно точно запомнил дорогу, но всё же замедлил шаги, когда до провала осталось совсем немного. Жутко вдруг сделалось, словно он всё ещё слабый человек, а не вершина творения, суперсущество, неуязвимое и беспощадное. Как же долго теплятся внутри давно, казалось бы, изжитые страхи.

— Странно, — произнёс вдруг Зимей. — Этот коридор мне незнаком.

Откровенная озадаченность в его голосе не прибавили Дэму присутствия духа. Он-то полагал, что всё будет просто: парень кивнёт снисходительно и объяснит, куда и зачем проломали в полу эту дыру, и они спустятся туда, как в хорошо известное хоть одному из двоих место, а Зимей сам растерялся.

Оба остановились на краю, процеживая сквозь себя идущие из глубины запахи. Странные, надо сказать. Живым не тянуло, но и мёртвым тоже. Химическим — вот точное слово. Словно там сохранился осколок ушедшего мира людей, вечно окружавших себя едкими веществами и дурно пахнущими пластиками.

— Разве эта дорога ведёт не в лаборатории, где ты провёл так много времени? — уточнил на всякий случай Дэм.

Зимей помолчал, прежде чем ответить.

— Нет. Конечно, я мог что-то и упустить, хотя у меня было достаточно времени, чтобы досконально изучить те подземелья, но запахи я помню. Здесь другая волна. Она мне незнакома.

— Хочешь сказать, что тут был ещё один автономный подвал для экспериментов?

— Хочу сказать, что их тут может быть и больше. Люди любили прятать свои секреты под землей.

Дэма его слова неприятно поразили. Как спокойно он жил на севере, а тут извольте видеть: только появился, и посыпались на голову непрошеные тайны. Лезть разбираться не хотелось. Люц сунулся следом за приятелем и где теперь Люц? Дэм прислушался к себе — даже совесть, как будто успокоилась, проникнувшись трудностью задачи.

— Интересно! — сказал Зимей. — Очень любопытно. Вдруг там делали оружие, а не больших крыс и поддельных вампиров? Нам бы пригодилось оружие, голыми руками много не навоюешь.

— Там уже сгинули двое наших. Меня не тянет по их стопам.

— С чего ты взял, что сгинули? Вампира не так просто уничтожить. Я ведь уцелел.

Это и поражало более всего. Дэм считал, что проведя не один век в подземном городе, Зимей должен был раз и навсегда воспылать к ним отвращением, но тот охотно пошёл в разведку и ничуть не выглядел угнетённым, бродя по коридорам катакомб. Более того, он не отказывался погрузиться ещё ниже. Неужели сроднился с норами? Даже крысы и те вон выползли на поверхность планеты. В себе Дэм не ощущал горячего желания лезть в неизвестность. Ленивый старый вампир, он автоматически стремился избегать риска.

— Нет! — сказал он твёрдо. — Нас и так мало, мы не можем рисковать. Когда я вёл тебя сюда, то предполагал, что ты объяснишь, почему здесь яма в полу и где она кончается.

— Не знаю, — вновь честно подтвердил новичок, — но как мы собираемся выжить, если откажемся от изучения мира, который нам достался в наследство? Людей вела любознательность, и они многого достигли, а мы, получается, ни сберечь ничего не сумели, ни нового создать.

Дэм не видел парня в полной темноте, но ясно представлял, как от любопытства горят его глаза. Понятно с ним всё. Молодой вампир, почти детёныш, быстро попал в плен и просто не успел постичь вампирскую точку зрения на предмет. Вот и рвётся куда-то совсем по-человечески, вопреки устаканенной видовой привычке совершать как можно меньше лишних телодвижений.