Шрифт:
— Но ты действительно болтаешь сам с собой, — что могло быть иронией или старым добрым сумасшествием.
По пути к квартире он заметил припаркованную на гостевом месте знакомую машину, принадлежавшую Зоуи, с грузинскими номерами и наклейкой «Си Сторм» на бампере. Лейн задумался: они что — то планировали, а он облажался и забыл, отправившись к Райли? Он не привык, что у него есть друг, не говоря уже о двух.
Зоуи не приходила к нему в гости. Ей казалось, что там очень грязно. Что вероятно было правдой, но у нее была куча навязчивых идей, как сохранять вещи в чистоте. У нее на кухне не было стопки коробок и груды банок, и в ванной комнате царила чистота, прямо как в отеле. Лейн понятия не имел, почему чистоплотность не распространялась на машину.
Войдя в квартиру, он рассчитывал обнаружить, что она играет в приставку или, может, сидит в его комнате, хотя пылко надеялся, что ее там не будет. Комната представляла собой беспорядок, включавший в себя смазку на комоде, а еще его ноутбук, скорее всего, работал, и там были открыты переписки с Джаредом.
Но Зоуи не играла в видеоигры и в его комнате не сидела — слава тебе, Господи. И ему подумалось, что ее вообще не было в квартире. А потом он уловил доносившиеся из комнаты соседа звуки. Мягкий женский вскрик и низкий смех Райана.
По — видимому, Зоуи решила воспользоваться его предложением.
Лейн закрыл и запер дверь, и уселся на кровать. Он чувствовал себя странно — ему было жарко, он раскраснелся и вроде даже завидовал. Хотя стоило ей начать издавать звуки погромче, он порадовался, что она отлично проводила время.
Он глянул на бутылку со смазкой на комоде, забрал ее и лег на спину.
Расстегнул джинсы и взял трубку.
«Будет нелепо, если я кончу, слушая, как мой сосед занимается сексом с девушкой?».
Эсэмэс от Джареда пришла несколько минут спустя.
«Разве ты так не делал миллион раз?».
«Когда речь идет о Зоуи — нет».
«Правда? Хочешь к ним присоединиться?».
Неужели Джаред считал, что Лейну удастся все провернуть и не испоганить всем момент?
«А ты хотел бы?».
Джаред долго не отвечал, и Лейн начал ласкать свой член, потому что не мог удержаться. Сдерживаться казалось почти оскорблением.
«Пора идти, у нас игра. Я тебе доверяю, делай, что хочешь. Просто потом расскажи мне».
Ощущение тепла и счастья наполнило Лейна. Возможно, из — за мастурбации, но еще было приятно прочитать подобные слова.
«Просто послушаю. Пгвр пзж».
Джаред ответил: «ок», а потом: «Прекрати использовать смс — речь», вслед за чем прилетела улыбающаяся мордочка. В тот момент Лейн не понял, из — за чего именно кончил — из — за того, что слышал, как сосед трахал его лучшую подругу, или из — за того, что его бойфренд в сообщении использовал смайлик.
«Что такое? Честно говоря, жизнь — странная штука».
Когда до него долетел звук шлепка, ему стало холодно, он замер, а потом принял сидячее положение. И задумался: как можно было спасти человека, когда у самого была заметная эрекция? О, черт, нет. Райан не мог ударить Зоуи. Она была ему как сестра…
Хотя он только что кончил, слушая, как она занималась сексом. Но суть — то была не в том.
Потом он опять уловил звуки и стон — мужской — за которым последовал счастливый женский смех. Ох. Так шлепнула Зоуи. Хорошо. Другое дело. Это вообще не одно и то же. Представлять раскрасневшееся от ударов лицо Райана и слушать стоны Зоуи — что — то запредельное. А фантазировать о том, что Джаред был рядом и слушал вместе с ним, трахал Лейна, зажимая ему рот рукой, и говорил:
— Веди себя тихо, Лейн, позволь мне, — было сексуальнее всего остального.
Глава 7
До рождества оставалось всего несколько дней. Зоуи обязалась навестить родителей, а Лейн убедил ее подбросить его до Саванны.
Она согласилась, но настояла на знакомстве с Джаредом и совместном обеде.
— Хочу удостовериться, что этот парень хорошо с тобой обходится, Лейн, — сказала она.
Перед выездом она велела ему подождать в гостиной, помчалась в спальню и выскочила оттуда с поднятыми руками.
— Та — дам. Смотри, что я купила себе на Рождество.
На ней был надет свитер «Си Сторм». Лейн ухмыльнулся. Это было потрясающе, и до сих пор при виде логотипа он не мог сдержать смех. Смерч был таким злобным, словно ненавидел шайбу и не хотел иметь ничего общего с хоккеем. Что, учитывая историю южных хоккейных команд, могло быть правдой.
Но он не смеялся, когда она произнесла:
— И посмотри, чей на нем номер, — и развернулась показать. На ней был его свитер, и он не знал, что сказать.