— Если я тебе наберу, ты притворишься, что это секс по телефону для геев? Ты должен, — сказал Лейн. Его бесил проигранный матч. Джаред же кончил от одной только мысли о том, что он до сих пор был хоккеистом в победоносной команде. И оказалось, что выуживать из Лейна стоны после того, как на льду он изображал из себя дерзкого говнюка, стало его новой любимой фишкой. Или одной из них.

— Либо это самая лучшая из всех твоих идей, либо самое жуткое, что я слышал за всю жизнь. Даже не знаю, что выбрать, — произнес Джаред.

— Посмотрим. Самой лучшей идеей было заказать пиццу, пока мы занимались сексом. Чего ты не сделал. Ты дождался, пока мы закончим.

Джаред напомнил себе, что именно на это он и подписался. Боже, его раздражала тупая улыбочка на собственном лице, но на лице Лейна сияла точно такая же. Так что все было в норме.

— В следующий раз, — проговорил он, и голубые глаза Лейна вспыхнули. Он хмыкнул, поцеловал Джареда и закрыл за собой дверь.

Лейн пришел к выводу, что иметь бойфренда просто прекрасно. А потом ему захотелось ударить себя в живот за подобные мысли в течение тренировки. Он прислонился к бортам, по — дурацки улыбаясь, и пропустил свою очередь на отработку упражнения. А затем уловил выкрик:

— Завязывай мечтать о том, как поднимаешь над головой кубок, Кортэлл.

Но грезил — то он не об этом. Но, разумеется, теперь задумался и о кубке. В конце концов, Лейн велел себе перестать думать на тренировке о Джареде. А Лейн обладал хорошей самодисциплиной — на самом деле слишком хорошей, но дело было даже не в том. И вышло все гораздо лучше.

Он много говорил о Джареде. Но поскольку общаться он мог лишь с одним человеком, Зоуи, должно быть, уже устала выслушивать его вздор.

— Если хочешь, можешь меня заткнуть, — произнес он во время их прогулки по пляжу.

Они пытались бегать. Но он заявил ей, что из — за ее медлительности они вполне могли бы прогуляться, а она швырнула в него ракушкой. Тяжелой.

— Мне нравится слушать, — в ответ на его предложение запротестовала Зоуи. — Да и плюс ко всему: заткнуть — то я могу, но вряд ли поможет. Ты все равно без остановки трещал бы о нем.

— Да, правда. — Ее взгляд спровоцировал вздох. — Ладно. Я бы постарался.

— Точно. Но не перестал бы, так что рассказывай. Особенно эротичные моменты, например, как он запихнул тебе в рот футболку. — Зоуи лучезарно улыбнулась. — Спроси у своего соседа Райана, вдруг он позволит мне сделать то же самое. Тогда я смогла бы с ним переспать.

— Нет. Не стану я спрашивать. В таком случае он нарисуется перед твоей дверью уже с футболкой во рту. — Лейн склонил голову и задумался. — Хотя я не отказался бы посмотреть. Иногда так и подмывает запихнуть Райану что — нибудь в рот. В основном, конечно, не футболки.

Зоуи была одета в черные штаны, кроссовки и застегнутую на змейку куртку.

Волосы были завязаны в хвост и убраны от лица фигней, которая выглядела как поясок, но она пояснила, что штуковина называлась иначе.

— Это повязка. Видишь? — Она указала на ту часть, что прикрывала уши.

— Если зимой ты обмотаешь уши пояском, будет то же самое, — сказал он.

На минуту Зоуи задумалась, а потом признала, что он был прав.

Зоуи была такой милой. Как — то по телефону он рассказывал о ней Джареду. Он произносил сексуальные фразы, ну, или пытался. В основном он говорил о том, что хотел бы увидеть ее голой и узнать, на самом ли деле ее кожа нежная. Джареду вроде как приглянулось. Лейну нравилось слышать тяжелое дыхание и стоны Джареда, и издаваемые им звуки, когда он по — настоящему заводился.

— У тебя опять одурманенный видок, — догоняя его, проговорила Зоуи. — Ой. И ты краснеешь. Дело же не в Райане, да?

Даже Лейн не был настолько тупым, чтоб заявить ей: «О, да я говорил с Джаредом по мобильнику о том, как хотелось бы заняться с тобой петтингом, потому что его это возбуждает и подводит к оргазму. А потом он рассказал мне о «тройничке», который однажды у него случился, отчего кончил я».

— У тебя волосы… Вот. — Лейн заправил ей прядку за ухо. А потом осторожно коснулся ее шеи, а она отпрыгнула почти на километр.

— Что ты творишь?

— У тебя кожа нежная, — защищаясь, произнес он. — Прости.

— Ты самый странный гей, Лейн. Хотя, наверно, не стоит ожидать, что все геи — модные эксперты. Это стереотип. — Она прищурила глаза. — Почему ты постоянно меня касаешься?

— Говорил же. Ты мягкая. — Лейн пожал плечами. — Я к такому не привык.

Из — за дувшего с океана ветра щеки Зоуи раскраснелись, а из — за прогулки стали еще краснее.

— Лейн, посмотри на себя. Посмотри на меня. — Она замолчала. К тому моменту Зоуи было известно, что он на самом деле делал то, что люди подразумевали риторически. — Ты — ходячая реклама «Аберкромби и Фитч». А я на четыре года старше тебя, покрыта татуировками, очень завидую твоему прессу, а еще больше… на тему секса.