Его слова потрясли меня.

— Но ведь я не преступница, — сказала я. — Как я могу напоминать тебе, хм… тебя?

Я снова сказала обидные слова, а они снова его совершенно не задели. Но ведь это было правдой — я не преступница.

— На самом деле, ставки, азартные игры значат очень мало в моей жизни, ты не знаешь меня, — сказал он и снова посмотрел на меня, его глаза как бассейны, наполненные кофе, заглядывающие внутрь меня. — Веришь ты или нет, но это так.

Я знала, что он не так прост, потому что всякий раз, когда мы оказывались на расстоянии вдоха, что-то внутри меня пело. Я ведь не наивная дурочка. Ведь тот факт, что я раньше не была на свиданиях, или из-за того, что у меня не было секса, не означает, что я слепа к явным знакам внимания, слепа к реакциям моего тела. Я знала, как все происходит. Мерфи была ходячей Википедией знакомств, свиданий, поцелуев, секса и отношений в общем. Она, сама того не зная, научила меня многому. Может, конечно, не всему, но многому.

— А с чего ты так уверен, что я сейчас свободна, что у меня нет парня?

— Я спросил.

— А, — кроме этого мне просто нечего было сказать. Все мои большие планы насчет пари, казалось, вернулись ко мне в виде бумеранга, оказавшимся этим красивым парнем, с глазами цвета кофе, умными и понимающими не по годам. Я смотрела в окно, как мелькают темные фигуры.

Прошло несколько минут, может, больше, Кейн свернул с трассы на темную, не асфальтированную дорогу.

— Не волнуйся, — сказал он. — Я знаю, что все это выглядит жутковато, но на самом деле у меня ничего такого в мыслях нет. Обещаю, это просто дорога.

— Я верю тебе только потому, что знаю Бракса Дженкинса, — сказала я уверенно. — Он убьет тебя, если ты сделаешь что-нибудь со мной.

Кейн рассмеялся.

— Да, он уже предупредил меня, сказал, чтобы я держался от тебя подальше, и можешь быть уверена, он будет зол как черт, когда узнает, что я тебя сюда возил, — он подмигнул мне. — Но ведь я старший брат, понимаешь? Где, ты думаешь, он научился всему, что умеет? — затем, сбавив скорость, он посмотрел на меня. — Я хорош в счете, хорош в ставках, знаю, на кого ставить, я как супер букмекер, но, Харпер, я не жульничаю с сердцами. Я не такой.

Я поверила его словам.

— Это… это хорошо.

Через несколько метров он затормозил, остановил машину и, повернувшись ко мне, спросил:

— Готова?

Внутри я вся тряслась. На улице было темно, а я ненавидела темноту, поэтому у меня тут же перехватило дыхание. Я изо всех сил пыталась заглушить панику, но чувствовала, как она ползет по моему позвоночнику, я не хотела, чтобы Кейн видел это, поэтому ответила:

— Пожалуй.

Кейн вышел из пикапа с одеялом в руках, которое взял на заднем сиденье и, обойдя машину, помог мне выйти. Из кармана он вытащил маленький фонарик, включил его, и я тут же почувствовала себя лучше, лишь только увидев этот тоненький лучик света. Кейн взял меня за руку и повел к шлагбауму. На шлагбауме висел знак: “ВХОД ВОСПРЕЩЕН. ПРАВОНАРУШИТЕЛИ БУДУТ НАКАЗАНЫ”. Я застыла на месте, Кейн резко остановился и посмотрел на меня.

— Что случилось?

— Туда нельзя, это… правонарушение, — запнулась я. — Видишь, что написано, Кейн? Наказаны. Мы можем вляпаться в неприятности.

Кейн развернул меня, как бы создавая вокруг нас безопасную зону своими широкими плечами. Он нарушил мое личное пространство, и в этот раз я почему-то почувствовала себя под защитой. Он не прикасался ко мне, но я все равно чувствовала себя защищенной. Голосом, глазами он делал то же самое, заверяя меня еще больше — опасности нет.

— Харпер, ты когда-нибудь делала что-нибудь рисковое, смелое? — мягко спросил он. — Что-нибудь такое, от чего у тебя зашкаливал адреналин?

— Конечно же, нет — быстро ответила я. — Особенно, если это означает последующее попадание в тюрьму!

Линии вокруг его глаз и рта смягчились.

— Все в порядке, Харпер. Оливия знает владельца, я позвонил ему перед тем, как сюда тебя привезти. К тому же, Бракс пару дней назад привозил сюда Оливию, — хотя и было темно, но я видела, как он склонил голову, чтобы лучше видеть меня. — Твое лицо скрыто, — сказал он тихо. — Но я знаю, что ты напряжена, чувствую это. Я просил тебя доверять мне. Неужели это так сложно?

Если бы он только знал.

— Показывай дорогу.

Мы пригнулись под шлагбаумом и пошли вверх по тропинке. Мы поднимались все выше и выше, пока не сбилось дыхание.

— Что-нибудь видишь? — спросил Кейн.

— Нет, — ответила я, слегка запыхавшись.

Кейн рассмеялся, и мы продолжили подниматься, рассекая темноту узким лучиком фонарика.

Наконец, мы перестали подниматься, вокруг совсем не было деревьев, как оказалось, мы стояли у обрыва.

Внезапно сверху взревел двигатель и, когда я подняла голову наверх, чтобы посмотреть, у меня перехватило дыхание — самолет, казалось, сейчас чиркнет по моей голове.

— Ух ты! — ахнула я снова. — Кейн!

Он снова рассмеялся, будто разбавляя тишину своим смехом, затем расстелил одеяло у наших ног и сказал:

— Садись.

Я села, стараясь не испачкать одеяло.

— Где мы?

Кейн уселся рядом со мной так, что наши плечи соприкасались, и выключил фонарик. В ту самую секунду паника накатила на меня с новой силой, перехватив горло, что я помимо воли ахнула.

Он посмотрел на меня.

— Что случилось?

Я постаралась успокоить дыхание.