– Что ж... Пожалуй, мне пора, -Сефирэ обнажила меч Арахаль и подняла его к свету. Матовое черно-серое лезвие мягко заблестело на солнце.

– Зови, если что, -Ракель шутливо помахала рукой и исчезла.

Сефирэ осталась наедине с миллионной армией.

Она хмыкнула, достала флакончик с кровью Ракель и, слегка взболтнув содержимое, выдернула крышку и одним глотком выпила черно-бордовую жидкость. В мышцах разлилось приятное бодрящее чувство.

– Что ж, -Сефирэ еще раз окинула взглядом долину и вынула меч из ножен.
– Пора!

Парой прыжков преодолев спуск с холма, богиня врезалась в кишащий различными существами муравейник. Затрубили рога.

Миллионная армия начала битву против одной богини.

Сефирэ плохо помнила, что именно она делала. Она рубила всякого, кто приближался к ней, и пыталась продвигаться в сторону башен, расчищая себе путь. Она беспрестанно находилась в движении, и скоро вся она была покрыта чужой кровью - синей, зеленой, красной... Хаос был на ее стороне, и часть воинов просто сгорала в его черном пламени, распространяемом лезвием меча. Богиня потеряла счет времени и лишь хотела, чтобы все побыстрее закончилось. Ноги ее скользили по залитой кровью траве. Ее ранили, но тело заживало настолько быстро, что Сефирэ ничего не замечала, кроме редких приступов секундной боли. Силы не оставляли ее, и она продолжала все так же быстро и точно убивать противников. Они не бежали - Сефирэ мельком увидела их глаза и поняла, что в них ничего нет. Этих людей и нелюдей просто заколдовали, и теперь они будут биться до последнего.

Постепенно поток воинов сократился. Сефирэ стрелой вонзалась в их ряды, сея смерть так быстро, что некоторые даже не успевали поднять мечи. Вот противников становится все меньше, и меньше, и...

Соскальзывая, мохнатое человекоподобное существо с рогами пыталось спрятаться за горой трупов. Оно не проявляло в этом такого усердия, какого можно ожидать от людей обычно, но все же инстинкт самосохранения отчаянно пробивался через плотный слой магии. Сефирэ запыхалась. Тяжело дыша, она в последний раз подняла меч и срубила рогатую голову. Существо успело издать хриплый, режущий уши крик. Богиня поморщилась и, не оглядываясь, побрела к башням.

Неизвестно, сколько она билась. Время в Центре течет совершенно иначе и, кажется, здесь даже нет смены дня и ночи. Неважно. Она победила. В Башнях она снова сможет пользоваться магией, иначе как сам Райдон собирается биться с ней? Вряд ли он предложит поединок на мечах, как это сделала Агами.

Воздух был мутен и тяжел. Сефирэ старалась дышать как можно реже.

Она победила миллионную армию.

* * *

Сефирэ поднималась по винтовой лестнице. Она вошла в центральную, самую большую из всех башен, предполагая, что именно здесь находится Зал Совета. Почему-то она была уверена, что Райдон ждет ее именно там.

Магия вернулась к ней. Богиня чувствовала приятное покалывание во всем теле, и это радовало ее. С магией она ощущала большую уверенность в своих силах.

Белоснежные ступени привели ее к широкой площадке. Высокие кованные двери с вычерченными символами Древних были плотно закрыты. Сефирэ остановилась, выдохнула и толкнула с трудом поддавшуюся дверь.

Зал Совета был огромен. Совершенно пустой и абсолютно белый, никаких украшений и излишеств - лишь круглый стол, расположенный ближе к единственному окну башни, и девять стульев вокруг него. Все сиденья пустовали. Сефирэ медленно оглядывала зал, боковым зрением уже заметив человеческую фигуру, стоявшую у противоположной окну стены. Богиня несколько раз оглядела зал, но так и не поняла, какой он на самом деле формы. Иногда он казался круглым, иногда - прямоугольным, а иногда и вовсе принимал не поддающуюся уму форму. Неизменным оставалось лишь окно и приятный теплый свет, льющийся из него.

– Мы все-таки встретились, Сефирэ.

Этот бог, по человеческим меркам, был очень стар. Его обычная жизнь, похоже, завершилась очень поздно - это выдавали абсолютно белые, с легким серебром, волосы. Он был коротко острижен, а смуглое лицо его - гладко выбрито. Редкие, но глубокие морщины ничуть не портили его сохранившего юношеские черты лица. Можно было предположить, что в человеческой жизни, дожив до таких преклонных лет, он оставался бодрым и весьма активным старичком.

Сейчас Райдон был строг и печален, а голос его выражал некое разочарование.

– Старец?
– Сефирэ презрительно подняла бровь.
– Ты более похож на человеческого жреца, чем на бога.

Кивком она указала на его длинные белые одеяния, расшитые на груди золотом и письменами Древних.

– Ты недалека от истины, дева. В жизни своей, будучи еще человеком, я был жрецом и верил в богов, которых, как узнал я лишь после смерти, никогда не существовало. По иронии судьбы я сам стал богом, -Райдон грустно улыбнулся. Голос его был громкий, хорошо поставленный, и говорил он как-то странно. "Как будто поет, а не говорит", -подумала про себя Сефирэ.

– Нет такой вещи, как судьба. Мы сами выбираем, каким будет наше будущее, -Сефирэ уже доставала меч.
– Ты Райдон. Я права?

Райдон поцокал языком.

– Ошибаешься, дева. Все, что ты делаешь, уже предрешено. И все, что я делал - тоже. Неужели у тебя никогда не возникало мысли, что все идет именно так, как надо?

Сефирэ вынула меч и встала в боевую стойку.

– Мне нет смысла спорить с тобой, старик. Я пришла сюда не для этого. Все, что мне нужно, я узнала раньше, от твоих верных слуг, -богиня криво улыбнулась.