Шрифт:
– Меч?
– Арахаль приподняла бровь, изобразив легкое удивление.
– Мне не нужен меч, чтобы убить тебя, смертный. Ты настолько слаб, что даже не осознаешь этого.
Взгляд Арахаль был безразличен. Она сама была источником Хаоса и сама же поглощала его.
– Слаб?!
– зарычал Мэйон.
– Я - слаб?!
Не выдержав, он бросился на Арахаль. Женщина выставила вперед руку. Оборотень застыл, не в силах сдвинуться с места.
– Так много времени... потеряно...
– грусть прозвучала в голосе Арахаль. Она вдохнула, застыла, потом чуть заметно дунула в сторону Мэйона.
Оборотня не стало. Он просто исчез - его тело не рассыпалось на искры, богиня не вытягивала его сущность. Она просто стерла его из этого мира.
– Ты здесь? Амелия, ты здесь?
– Арахаль подняла глаза к потолку.
В воздухе появилась Ракель. Она, рыдая, кинулась к Арахаль, упала перед ней на колени и крепко обняла ее за ноги.
– Арахаль... Я так долго ждала тебя... Арахаль...
– всхлипывая, бормотала Ракель.
Арахаль в нерешительности протянула руку и осторожно погладила Ракель по голове.
– Не надо плакать, Амелия. Я недостойна этого. Маркозиус тоже плакал, когда я решила уйти, -взгляд Арахаль затуманился, а в голосе сквозила такая тоска, что Ракель заплакала еще сильнее.
– Больше пятидесяти тысяч лет... прошло, -всхлипывая, продолжала Ракель, уткнувшись лицом в колени Арахаль.
– А тебя все не было... Мне было так одиноко, так больно...
Арахаль сжала губы так, что они побелели.
– А я... Я теперь не Амелия, я Ракель... Мне больно слышать то имя, которое ты дала мне...
Арахаль упала на колени и обняла Ракель, крепко прижав ее к себе и поглаживая по голове.
– Прости... Прости, что оставила тебя тогда. У меня не было выбора. Но, Амелия, ты должна потерпеть еще... Я не возродилась окончательно. Сефирэ активировала меч, и на некоторое время я пробудилась...
– Что?! Ты снова уйдешь?!
– Ракель подняла заплаканное лицо, глядя в непроглядно черные глаза, точно такие же, как у нее самой.
– Да, Амелия... Я смотрю, ты все еще принимаешь мой облик, -Арахаль ласково погладила Ракель по щеке, утерев слезы на лице девушки.
Ракель выглядела совсем беспомощной. Вся наигранность и фальшь, которые она обычно предъявляла миру, исчезли. Теперь Ракель была собой - Амелией.
– Мое время еще не пришло, Амелия. Потерпи. Я хочу сказать тебе нечто важное, а потому послушай: береги Сефирэ. Она - тот сосуд, в котором я обитаю, и если она погибнет, погибну и я. Когда я смогу найти себе новый сосуд, я не знаю, но на это уйдет очень, очень много лет...
Черные искорки постепенно таяли. Арахаль огляделась, потом встала, выпрямилась и вновь обратилась к Ракель.
– Помоги ей найти остальных. Когда соберутся все шестеро, я смогу окончательно возродиться. Расскажи ей как можно больше, пусть знает. И, главное, помоги ей совладать с моим мечом - она по-прежнему не понимает, как им пользоваться.
Ракель тоже встала, утирая заплаканное лицо.
– Ты снова оставляешь меня?
– Да, Амелия... Ты ведь знаешь, я люблю вас всех - тебя, Маркозиуса, Литиана...
– А... а сестру?
– Ракель осмелилась задать вопрос, который, она знала, не понравится Арахаль.
Арахаль чуть нахмурилась.
– Я люблю и сестру... Вернее, любила... Теперь я не знаю. Ведь она больше не любит меня.
Арахаль вновь погрустнела. Потом оглянулась и прислушалась.
– Этот щит... Узнаю меч Джоан, -она чуть ухмыльнулась.
– Всегда ненавидела эту стерву.
– Арахаль, Шуи жив... Вернее, его воплощение.
– Знаю. Чувствую, -Арахаль втянула носом воздух.
– Пусть он ищет их... Арахель и Джоан. Сефирэ должна помочь Маркозиусу и Литиану. Мы - на разных сторонах, так пусть каждый занимается своим делом...
Истинная снова огляделась по сторонам и нахмурилась.
– Амелия, мое время на исходе. Я должна уничтожить это искажение. Возьми с собой Мирель и предупреди Стража - они дороги Сефирэ, а потому должны остаться в живых. Иначе она возненавидит меня, -Арахаль хмыкнула, чуть улыбнувшись.
– Но...
– Ракель выглядела явно расстроенной.
– Пожалуйста, выполни мою просьбу. Но, главное - не забудь позаботиться и о себе. Ты нужна мне, Амелия, -богиня грустно улыбнулась.
– А теперь прощай... Нет, до свидания. Мы еще увидимся...