Молодец. У меня шинель украли?

Горе. Это тоже теперь в школах изучают... А какие стишки ты вчера выдумал! "Эх, эх, согреши! Будет легче для души!" Поверь, теперь тебя долго народ не забудет! Ты в пословицу войдешь!

Молодец. Да, тяжелое дело - литературу русскую развивать... А ты, Совесть, что меня не остановила?

Совесть. Я бы тебя спасла, да меня во вчерашний день часу в шестом кнутом избили... Ты разве в это время на Сенной не был?

Молодец. Хоть убей - не помню! А за что тебя били-то?

Совесть. За воровство! Я для тебя булку хлеба стащила, чтоб не голодал.

Молодец. М-да... Ужасный век! Ужасные сердца! Все, решено! С сегодняшнего дня начинаю новую жизнь!

Горе. Точно! Хватит повторять старые ошибки! Пора делать новые! Вот, опохмелись...(Протягивает Молодцу рюмку).

Молодец (пьет). Вовремя опохмелиться - это счастье!

Совесть. Да как ты можешь? Ты не понимаешь, что нам с тобой теперь каторга светит? Как можно пить в такой ситуации? Вспомни, как ты к нам из Швейцарии приехал - сколько светлых чувств в тебе тогда было! И ты все это потерял... Тебе надо работать, исправляться! Труд сделал человека!

Горе. Труд человека сделал - труд может уйти! Вообще, тебе бы сначала почиститься, а потом поучать. Знай: с тех пор, как он со мной подружился, ему все дозволено. Так уж повелось, что русского человека тянет к Злосчастию. Счастье теперь ведет к победе Зла, а Зло - к Счастью...

Совесть. Счастье - оно ведь как снотворное для души: малая доза приносит покой, а большой можно отравиться. Поостерегись, Молодец!

Молодец. Да я и сам не рад тому, что со мной случилось... Я ведь всегда к счастью стремился, к чистому, светлому... Но найти не мог. Искать счастье - это пытка!

Совесть. Счастье, братец, находит только тот, кто его не ищет.

Молодец. Да я уже ничего не ищу! Мне бы лишь вечность скоротать... И какое может быть счастье, если Горе всегда рядом со мной?

Совесть. А без горя счастье и невозможно! Радость ведь - это не отсутствие горя, а его преодоление.

Молодец. Извини, я что-то тебя после вчерашнего не понимаю... Жить со своим Горем в одной комнате трудно.

Совесть. Быть счастливым еще труднее!

Молодец. Да, только тот, кто перенес беду, может вынести счастье... Кстати, а где это Горе запряталось?

Совесть (озираясь). Да ушло куда-то...

Горе (из-за края сцены) Я с вами больше жить не могу, потому что Горе и Совесть - две вещи несовместные! Так и знайте - Горе на вас обиделось! Посмотрим, как вы там без меня прожить сможете... Э-э-э-й! Водила, ты что, не видишь, куда едешь? Я на красный свет иду! (Грохот, крик).

Молодец. Что там случилось?

Совесть. Да там твое Горе под машину попало!

Молодец. Так что же я сижу? Бежать спасать надо!

Совесть. Так это ведь Горе твое! Тебе что, надо, чтобы оно снова тебе жизнь и душу отравляло?

Молодец. Все так, но... Разве я могу допустить, чтобы мой друг под колесами умер? Я же исправляться решил! Я за свою Горе любого порву! Добро должно быть с кулаками! (Убегает).

Совесть. Добро должно быть не с кулаками, а с мозгами. Безмозглое добро с кулаками - вещь опасная... Да, пора уходить. Мне тут делать нечего. У других совесть человека мучает, а у нас - все наоборот: не я его, а он меня всю жизнь мучил... Эй, люди! Не нужна никому бездомная Совесть? Э-э-э-эй!

Совесть спускается в зрительный зал и молча проходит мимо зрителей к выходу из зала.

Всеобщее молчание.

– - Страшный суд.

Сцена обставлена как зрительный зал кинотеатра. Один зрительный зал- на сцене - обращен лицом к другому зрительному залу - настоящему. Предполагается, что на месте реального зрительного зала располагается киноэкран, на который смотрят люди - зрители со сцены. На сцене стоят ряды кресел, на одном из них сидит Поэт- мужчина в старом, но еще хорошо смотрящемся пиджаке и костюме, в очках,- и смотрит вперед, на незримый экран. К нему подходит Ангел в костюме билетера и подсаживается рядом.