– Мы на третьем этаже. Будет больно, но не смертельно, - спокойно ответил Петя.

Я надеялась, что он тоже недолюбливает Свету, но Алёна уверенно утверждала, что он влюблён в ту, и за это бесилась на Петю ещё сильнее. На самом деле с нашим объёмом учёбы времени на личную жизнь не оставалось ни у кого. Всему институту приходилось мириться с тем, что учёба заслоняет всё в их жизни, как свинцовая плита заслоняет все виды радиационного излучения.

"Расскажи ей, что понимание изохорных процессов необходимо для функционирования двигателей внутреннего сгорания. Она же водит машину, так что сразу успокоится, - ласково сказала Алёна и строже добавила.
– А про свинец это мифы".

"Да ей пофиг на двигатели и ихохорные процессы", - вздохнула я.

"Изохорные, дура! Скажи быстро!"

– Понимание изохорных процессов необходимо для функционирования двигателей внутреннего сгорания, - механически повторила я, не отрываясь от тетради.

– Да пофиг мне, - пожала плечами Света, а потом громко ударилась головой об учебник.
– Слава богу, в следующем году отстанут с технической термодинамикой.

– Будет тепломассообмен в материаловедении. Тебе понравится, - усмехнулся Петя.

– Ты что, заранее знаешь предметы четвёртого курса?
– неверяще уставилась на парня Света.

– Ну да, - Петя с неудовольствием посмотрел на своё решение, скомкал лист и выкинул в урну под столом.

– Капец вы ботаны, - Света уже лежала на столе, мешая писать и мне, и Пете.

"Пожалей её, наконец!
– кричала Алёна.
– Не видишь, как ей плохо?"

– Тебе проще было бы уйти из универа, - не выдержала я.

"Что?!" - заорала Алёна.

– Что?
– проснулась Света.
– Не, это не вариант. Только первое высшее образование бесплатное, второе моя семья не потянет...

"Скажи, что пошутила!" - приказала Алёна.

– Да я шучу, - попыталась улыбнуться я.
– Всё не так уж плохо.

"Скажи, что поможешь во всём!"

– Илона и так за тебя все работы делает, - присоединился Петя.
– Просто подожди, мы сейчас закончим и дадим тебе списать.

– Я тупая!
– театрально причитала Света, а Петя закатывал глаза.

"Скажи, что это неправда!" - кричала Алёна.

Но я только вздохнула и вернулась к решению. Вернее, пыталась заставить Алёну вернуться к нему. Но она всё жужжала и жужжала в голове, пока я не сказала Свете, положив ладонь её на плечо:

– Расслабься, уже весна, а скоро лето и каникулы. Мы сдали пять сессий, справимся и с этой! Куда ты собираешься летом?

– Родители в Марокко поедут, - резко переключилась Света с печали на веселье, - и я, наверно с ними. Там круто, я была три раза. А ты опять пахать собралась?

– Да, - ответила я. Каждое лето я работала полный день, копя Алёне деньги на... что-то. Летом после первого курса я увлекательно заключала договоры страхования, а после второго - варила кофе с девяти до девяти.

– А ты?
– обратилась Света к Пете.

– У меня родители открыли магаз в Туле, поеду помогать.

– Пряники небось продают?
– захихикала Света.

– Вообще-то да. Туристам.

"Ахаха!" - мерзко заржала Алёна, и я пыталась сдержать её смех.

– Давайте просто вернёмся к задачам, - предложил Петя, видя наши со Светой ухмылки.

Так и проходили мои "бурные" студенческие будни.

***

Никто не смог бы не признать ум Алёны. На лабораторных я стала желанным соседом по парте, обеспечивающим правильными решениями, поэтому на каждой контрольной я старалась подсесть к Пете, которому гордость не позволяла списывать. Я видела, как он нервничал, понимая, что я давно закончила решение, а у него раз за разом получалась отрицательная длина маятника.

Не хочу хвастаться, но за три с лишним года каждодневной зубрёжки я стала кое-что понимать. Алёна ворчала, что я обращаю внимание лишь на романтичные явления вроде бесконечности, сходящихся рядов или простых чисел, игнорируя реальный мир. Но что поделать, раз наши мозги работают по-разному! Или мои мозги работают по-разному...

"Я никогда не говорила "романтичные явления", - недовольно заметила Алёна.
– Не думай так, будто меня рядом нет".

Тогда я маячила на подработке в магазине одежды. В вечернюю смену каждодневно наблюдался пик наплыва людей, они набирали десятки вещей, мерили и бросали не подошедшие в примерочной, а я разносила платья, кофты и брюки по отделам, уже зная карту бутика лучше, чем схему метро Москвы.

"Сомневаюсь, что ты знаешь схему метро на пять с плюсом, - ухмыльнулась Алёна.
– Какая станция расположена между Дубровкой и Печатниками?"

"Э-э-э. Ну, я там никогда не езжу".

"И не ври тогда, что много знаешь", - зло буркнула Алёна.

Повесив яркое платье в горох на место, я обратила внимание на ценник в 1999 рублей. Старую цену в 2999 рублей перечеркнули неровной оранжевой линией и приклеили кругляшок "-50%"

"Какая наглая ложь, - нахмурилась я, глядя на ценник, - цену уменьшили только на треть".