Юва растерялась: патрийка не понимала причину эмоционального всплеска Фидуция. «Неужели упоминание о его наполовину абсидеумском происхождении могло его так задеть? Главу ликвидированного Консилиума, патрийца, который всегда являлся примером железной неуязвимости…»

– Что за нелепость?! – парировал землянин. – «Прочь из моего дома, иначе в течение часа я лишу вас обоих жизни!»

Фидуций показал пальцем сквозь прозрачную боковую поверхность на залитые искусственным солнцем улицы Изнанки:

– Не я…

Алон и Юва настороженно переглянулись.

– Тогда тем более нет смысла «убираться из твоего дома», – израильтянин постарался воспроизвести высокомерную интонацию патрийца. – Приятного аппетита, не подавись!

Патриец впервые слегка улыбнулся, ответив вполголоса:

– Не дождёшься, зараза. Переживу тебя в три раза…

– Калпа, Алон… Калпа… – послышался женский шёпот. – Ты не знаешь… Тебе не понять… Мы вкладываем… иное значение… для… в понятие «дом», – патрийка чрезвычайно осторожно произнесла последнее слово, словно боялась спугнуть редчайшую трёхкрылую пралу, которая встречалась лишь в насыщенных цветами полянах Ланга… Её поведение заставило мужа без промедления обнять супругу, которая прислонилась к нему в поисках защиты и утешения. Его моментально накрыла волна встревоженных искренних переживаний: он мгновенно догадался, что, может быть, Юва здесь больше не появится!.. Здесь, на Патрии… У себя дома!.. Незаметная для большинства, спрятанная в преступное легкомыслие, но отличающаяся невероятной крепостью нить может внезапно оборваться… Дом…

Фидуций сочувственно глянул на Юву, но продолжил спокойно рассекать нежную кожуру уже прекратившего всякие движения алмония.

– Почему на Землю? – пренебрежительно спросил землянин. Странно, но именно сейчас ему показалось, что патриец как-то изменился… За несколько минут… «Не может быть! Абсурд!» – Алон спешно отогнал сомнения.

– Именно там вы оба сможете найти своего друга.

Юва, встрепенувшись от услышанного, сорвалась с места, но за полметра до цели резко остановилась!

– Двадцать пять… – проговорил Фидуций.

– Какие двадцать пять, гибриод? – парировал с живостью израильтянин, приблизившись и поравнявшись с Ювой. – Лишь два вопроса!

– Мерзавец! – не выдержала патрийка. – Как ты мог отпустить его?! Консилиум тебе велел…

– Консилиума нет! – перебил её Фидуций. – И потом, если все полагали, что Велфарий – узник, а я – надзиратель, то налицо факт всеобщего недоразумения.

– Первый вопрос, – настаивал Алон. – Почему патрийцы представляют угрозу для нашей жизни? Даже если взять эти… надуманные изменения… Если предположить, что вы превратитесь в… конченых абсидеумов…

– Ответы, мой приятель, можешь получить на Луне. Уже… Велфарий, к слову, уже наверняка в курсе, если мои предположения о его похищении верны.

– Тогда откуда ты знаешь, что он на Земле? Второй мой вопрос, – объяснил землянин, вызывающе взяв пальцами ломтик алмония.

– Мы меняемся… – неутешительно, словно приговор, ответствовал Фидуций.

Юва отчаянно вздохнула, отойдя к прозрачной поверхности, сквозь которую отлично просматривалось светило на дневном потолке Изнанки. На глазах у патрийки вместо отдающего теплотой жёлтого диска постепенно проявлялась холодная белая звезда впечатляющих размеров. Вместе с ней появлялись и облака, подсвеченные ярким диском, который пересекали несколько немалых колец. Юва взглянула на ладонь и заметила, как на коже отразился белый отблеск.

– Пространство в чёрной дыре инициировало процесс анализа поступившего туда вещества.

– Зачем?

– Чтобы написать более совершенный код, – объяснила Юва. – Всё стремится к совершенствованию… И пространство, и сознание…

– Но только пространство в состоянии расшифровать память в эвотонах, – с каким-то угасающим азартом проговорил патриец, несмотря на то, что он изо всех сил пытался разжечь его… – Молодая Вселенная – более медленная. Именно такой принцип позволяет существовать Вселенной во Вселенной, нашей «матрёшке», – он повторил действия землянина, пережёвывая плод и наслаждаясь его изумительным кисло-сладким вкусом.

– Ага… Иными словами, выброс вещества из полюсов дыры до сих пор не прекратился, потому как у нас прошло двенадцать земных лет, а во Вселенной чёрной дыры – мгновение…

Фидуций искренне улыбнулся, добавив:

– Расшифрованные частицы угрожают существованию своего создателя – нашего мира, который моментально начинает перепаковывать информацию заново.

– Но почему? Почему повторное шифрование связано с изменениями, которые сейчас так живо обсуждаются всеми?..

– Алон, – патриец бережно высыпал нарезанные ломтики алмония в тарелку с кашей, – Вселенная… удаляет… – Фидуций неожиданно задумался. – Действительно, а зачем вам Вел?.. – с недоумением спросил он.

– Его необходимо немедленно спрятать. И твой виртуальный мир идеально пригодился бы, – бегло ответствовала супруга израильтянина.

– Мы знаем, что произошло на Луне.

Фидуций молча подозрительно рассматривал то патрийку, то землянина…

– Сумасшедший растворился вместе с тендерийцами, – поспешил объяснить Алон. – Намечается заварушка, достойная галактики!

Бывший глава Консилиума осторожно спросил:

– И всё?.. Больше вам ничего не известно?

Впервые Юва что-то основательно заподозрила в отношении Фидуция. Патрийка поправила свои распущенные волосы, откинув их пальцами за спину и слегка наклонив голову. Её внимание было приковано к жителю Изнанки, который продолжил: