И связь оборвалась.

Мне стало так плохо на душе, что я вся сжалась в комок. Дура! Какая же я дура! Зачем я только спрашивала? С чего вдруг Гэбриелу делать мне предложение?! Но кто же тогда мой жених и что с ним с ним случилось?

Вскочив на ноги, я принялась кругами расхаживать по комнате. Мои мысли рванули вперед, как болид после пит-стопа.

Гэбриел считал, что я – ангел! Он заживил мои раны светом, который смертелен для Обращенных вампиров, сотворенных из мрака. Но Элихио пытался утащить меня через трещину в третье измерение. Если моя душа светла, то смысла в его действиях не было: я бы просто исчезла.

Джона полагал, что у меня особенная кровь, которая дает ему необычайную силу, и подозревал, что я не человек. Но вампиры питаются темными душами, не светлыми. Я сопоставляла и анализировала факты, но картинка упорно не складывалась. Кроме того, нельзя было забывать и о моей защитнице, окутанной тенью. Руадан лично видел ее и посчитал Чистокровной. Но зачем она повсюду сопровождала меня? Ради чего убивала обращенных и сохраняла мне жизнь? Почему я начисто забывала, что именно она делала? Я всегда помнила лишь ее появление, а дальше – глухо. Она стирала мою память? Зачем?

Гэбриел. Он знал меня в первой жизни, когда я была человеком. Я умерла, он ушел… Но куда? Как именно я умерла и как возродилась, как стала такой, какая сейчас?

Не приблизившись к разгадке ни на шаг, я решила поискать остальных. Из подвала наверх вела деревянная лестница с такими высокими ступенями, что подниматься приходилось, хватаясь за расшатанные перила.

На первом этаже находилась кухня-столовая, одну из стен целиком занимало огромное окно, выходившее сад. В архитектуру амбара вековой давности была затейливо вписана современная мебель и техника. С огромным удовольствием я ступала по скрипучим, неровным доскам пола.

Потолочные балки и кирпичные стены, местами неоштукатуренные, напомнили мне о былых временах. Солнце опускалось за горизонт. Последние лучи его проникали в дом, где уже горел свет, что позволяло мне любоваться интерьерами.

Пройдя через столовую, я обнаружила четыре спальни, огромную ванную комнату без окон и кабинет с книжными полками до потолка. Еще одна лестница была начисто лишена перил, поэтому я поднималась по ней не спеша, очень осторожно. Она привела меня на чердак с низким потолком, где были оборудованы два рабочих места с ноутбуками и стоял большой письменный стол. Три высоких окна доходили до самого пола, и за ними открывался великолепный вид: все пространство за стеклом занимало темное ночное небо, в котором мерцали тысячи звезд. Мне почти захотелось оказаться там, с ними, в бескрайней густой синеве.

– Никогда больше так не подкрадывайся, – прошептала я, не отрывая взгляда от звездного неба.

Одна из половиц чуть слышно скрипнула, выдав появление Джоны. Он положил руки мне на плечи и слегка сжал их.

– Спящая красавица пробудилась…

– Сколько я спала?

– Всего пару дней.

– Меня телефон разбудил.

– Гэбриел? – поинтересовался он, уже зная ответ на свой вопрос.

Я повернулась к нему лицом. Казалось, я успела привыкнуть к внешности Джоны, но все равно невольно удивилась тому, как эффектно он выглядел в темноте.

– Э-э… Да. Слушай, я даже не знаю, как тебя благодарить за то, что ты спас меня. – Я переминалась с ноги на ногу. – Но у меня еще много проблем. Сейчас друг мне нужен больше, чем кто-либо еще. Ты поможешь?

Он не шевельнулся – только идеальной формы губы сложились в обворожительную улыбку. В глазах его мерцали звезды.

– Как пожелаешь.

Удивленная, что он поддался так легко, я кивнула и осторожно направилась к выходу с чердака. Джона пошел следом, пригнувшись, чтобы не удариться головой о низкий скат крыши. Я помедлила, задумавшись над его подозрительной сговорчивостью, обернулась и – даже вставать на цыпочки не пришлось – шепнула на ухо Джоне:

– Руадан все слышит, да?

Вампир убрал с моего лица волосы, провел ладонью по моей щеке.

– Угу.

Он касался губами моего уха, дыхание его щекотало мне шею. У меня по спине побежали мурашки. Невольно ответив на его нахальную улыбку, я запоздало попыталась скрыть свою реакцию, закатив глаза в притворном возмущении, а затем, стараясь не упасть, спустилась вниз.

Руадан ждал меня в кухне со стаканом апельсинового сока.

– Ты посвежела. Сон тебе на пользу. Мы, конечно, переживали, но Гэбриел не разрешил тебя не будить. Я принес тебе шахматную доску. Думаю, ты не против.

Кивнув, я залпом выпила сок, неожиданно поняв, что давно уже умирала от жажды.

Руадан жестом пригласил меня в гостиную, где на стене висела огромная плазменная панель, и указал на целый ящик дисков.

– Некоторое время мы поживем здесь. Гэбриел считает, что тебе лучше лишний раз не выходить из дома. Но, думаю, ты скучать не будешь: книги на любой вкус, напитки и фильмы в твоем полном распоряжении! – воодушевленно выдал он и, будто извиняясь, потер подбородок.

У него за спиной Джона хитро подмигнул мне: мол, не переживай, мы все уладим.