– Нужно было, чтобы нас видели вместе. Гэбриел сказал, что если местные увидят тебя с нами, они решат, что к нам приехала родственница. И еще, честно говоря, ты сейчас больше напоминаешь прислугу, чем члена нашей семьи. Белая ворона.

Брук бросала «Мини-Купер» из сторону в сторону, обгоняя другие машины. Я посмотрела на ободранные носы своих сиротских туфель. Она права: я не подхожу их компании, а уж до Гэбриела и вовсе не дотягиваю.

Вампирша всего на миг отвлеклась от дороги, но успела заметить, что у меня от стыда вспыхнули щеки, и решила сгладить неловкость – в присущей ей манере:

– Не переживай, Золушка, у тебя ведь уже есть хрустальные туфельки. Главное, носи их.

Пожав плечами, Брук снова врубила музыку на полную громкость и начала подпевать. Я оценила иронию: из динамиков звучала песня под названием «Price Tag» [2] .

Гэбриел встретил нас не слишком радостно, но помог перенести покупки в дом.

– Тебя ждет чай, – сказал он, поднимаясь с кучей пакетов в мою комнату.

Я с радостью направилась в кухню и, вспомнив по пути о хороших манерах, обернулась, чтобы еще раз поблагодарить Брук, но ее и след простыл: наверняка развешивает по плечикам сегодняшнюю добычу.

Горячий сладкий чай с первого глотка вернул меня к жизни. Я не успела осилить и полчашки, как Гэбриел уже вернулся и сел рядом.

– Понравилось в Виндзоре?

Я принялась старательно дуть на чай, чтобы не выдать себя поспешным ответом.

– Брук в магазинах как рыба в воде. Прости, но кажется, карте нанесен серьезный ущерб, – попыталась я перевести разговор.

– И все-таки как тебе Виндзор?

Я промолчала.

– Ладно. Я знаю, что вы ездили в Лондон.

Я заерзала на стуле. По бесстрастному лицу Гэбриела было непонятно, о чем он думает.

– Да. Мне очень стыдно, но я не хотела расстраивать Брук. Нам ничего не угрожало, – начала оправдываться я.

– Знаю. Я следил за вами.

– Ты следил за нами?

– Неужели ты думаешь, что я мог выпустить тебя из поля зрения?

В глазах Гэбриела сверкнули хитрые огоньки: он явно ждал моей реакции.

– А-а… почему ты просто не поехал с нами?

– Хотел, чтобы вы провели время с Брук. Вы примерно одного возраста. По крайней мере, с виду, – шепотом добавил он. – Я решил, вам надо познакомиться поближе и, может, даже подружиться.

– Мечты-мечты… Брук явно от меня не в восторге, – ответила я, вцепившись в ручку тяжелой белой чашки.

– Но тебе ведь нужна была одежда, а от меня в этом деле мало пользы. Брук, кстати, водила тебя пить чай, а это хороший знак.

Гэбриел улыбнулся, и я растаяла.

– Может, и так. Она даже немного пооткровенничала об отношениях с Джоной. Рассказала, что вампирам нельзя быть с себе подобными, иначе они убьют друг друга. – Мне было любопытно, как он на это отреагирует.

Немного подумав, Гэбриел ответил:

– Брук права. Если один вампир пьет кровь другого, у него начинается что-то вроде лихорадки. Кровь смешивается, и вампиры тянут друг из друга силы. Они оказываются связаны навсегда. Пока один из пары не скончается, второй ни с кем и не испытает подобного наслаждения.

Гэбриел ссутулился и мрачно уставился в окно, о чем-то размышлял.

– Да уж, ответ прямолинейный.

– Ты задала прямолинейный вопрос.

Гэбриел поймал мой взгляд и целую вечность смотрел мне в глаза. Как же мне хотелось нырнуть в его зрачки, свернуться там где-нибудь в укромном уголке и уснуть.

– Но как выходит, что один убивает другого? Судя по твоим словам, они способны любить.

– Бывает, один из пары становится просто одержим желанием получить новую дозу, что выпивает из своей второй половинки все до капли, – и неважно, насколько сильна его любовь. А если оба пьют кровь друг друга, все происходит еще быстрее, ведь они не в состоянии остановиться. В итоге один из них окажется сильнее. На самом деле ситуация очень грустная. Я не знаю ни одного вампира, сумевшего надолго сохранить отношения с кем-то: рано или поздно наступает страшная развязка. Жажда крови всегда побеждает.

– Ты будто о наркоманах говоришь!

– Это гораздо ближе к истине, чем та сказочно-романтическая чепуха, в которую ты веришь.

Я давно выпила чай и, поставив кружку на массивный деревянный стол, рассматривала ногти. Для Гэбриела я была вся как на ладони. Он будто замечал каждый мой взгляд, каждое движение. Молчание длилось несколько минут.

– Продолжай, – сказал он.

– Что?

– Ты ведь хотела еще что-то узнать?

Гэбриел ловил мою волну без помех. Что ж, я спросила: