Шрифт:
– А как же еще?
– сказал Илья Петрович.
– Пусть теперь князь Владимир едет.
– Он не циркач чтоб по окнам лазать - князь!
– возразил Илья Петрович.
– Да хватит вам препираться! Жаль, что не удалось нам их украсть!
– воскликнул Василий, - опять задержка выходит.
– Ну, что ж!
– сказал князь.
– Придется действовать, как раньше порешили. Или Мария серьги мне отдает, или придется ей со мной под венец идти...
В доме Васильчиковых слышны были крики и женский плач. Во дворе уж все стихло. Дворовые мужики, взяв в руки фонари и факелы, отправились в лес искать пропавшую барышню и заезжего барина.
Вдруг из тени кустов вышел оборванный, и постоянно озирающийся человек. Он нагнулся, чтобы посмотреть, что так сверкает в траве и увидел необыкновенной красоты, зацепившиеся одна за другую сережки, лежавшие в траве под окном барского дома. Они вспыхивали и переливались от света отдаленных зарниц. Этот человек протянул руку, поднял их, и, озираясь, снова исчез в густых зарослях парка. Гром еще гремел, но здесь гроза уж кончалась. Она уходила далеко - в сторону старого горелого леса, да непроходимых болот... Туда где люди не ходят, кони не бродят и птица не летает... звучали слова заговора, который шептала Оксана, стоя в кабинете возле раскрытого окна в имении князей Волоховских .
21. НЕ БЫЛО СЧАСТЬЯ, ДА НЕСЧАСТЬЕ ПОМОГЛО...
Мария и Александр промокли до нитки. Они стояли в самом центре большой поляны, вокруг которой был высокий лес со странными очертаниями. В темноте разглядеть было сложно, что лес был не живым. Только при вспышках молний, грозно расчерчивающих небо, можно было понять, что вместо веселой зеленой кроны у деревьев и елей, окружающих их, торчат в стороны, будто прося помощи, голые обгоревшие ветви. Гром громыхал прямо над ними, дождь лил стеной, молодые люди, пытаясь понять, куда подевалась тропа и охотничий домик, так и стояли посередине поляны, утопая ногами в высокой мокрой траве.
– Надо бы ближе к деревьям, к лесу, - сказал Насонов оглядываясь.
– Лес какой-то чудной, не похожий на тот. И где охотничий домик?
– спросила Мария.
– Не знаю. Все изменилось как по волшебству. Мы уж в другом лесу и я не ведаю, в каком и как мы здесь очутились!
– Но так ведь не бывает?
– воскликнула Мария и голос у нее дрогнул. Она уже готова была заплакать.
– Я Вам, барышня, сказывал, что там неладно все. Вот и кумекай теперь, кто нас сюда отправил и зачем!
– О чем Вы, граф?
– О том, что без колдовства здесь не обошлось!
– Мне страшно!
– прошептала Мария и прижалась к Насонову.
– Вы вся промокли, пойдемте поскорее к краю леса, быть может, там найдем укрытие.
– Какое ж укрытие можно в лесу сыскать?
– сказала Мария, с трудом делая шаг за шагом, так как и нижняя, и верхняя юбки уже насквозь промокли и липли к ногам.
Александр заметил, что она двигается с трудом и подумал про себя - почему она поехала в платье? Хорошо еще плащ прихватила...
– Я шагу не могу ступить!
– заплакала Мария.
– Мы быстро с этим справимся!
– он взял в руки подол мокрой юбки, и вытащив большой нож, надрезал материю. Потом рванул руками ткань и оторвал половину. То же он проделал и с нижней юбкой. И его взору предстали две стройные мокрые ножки. Он еле сдержался, чтобы не дотронуться до них руками...
– Ой, что Вы себе позволяете!
– воскликнула девушка.
– Так Вам легче будет ступать. А эти тряпки впрок пойдут. Быть может, нам удастся развести костер.
Они вошли в лес. Темные силуэты деревьев, окружали их и зловеще тянули к ним голые ветви, будто протягивая к ним руки, пытаясь ухватить их. Мария зацепилась плащом за сук, и испуганно озираясь, и прижимаясь к Александру, уже плакала навзрыд.
– Не плачьте, Мари. Все будет хорошо...
– Что ж тут хорошего, - надрывно вздохнув, сказала Мария.
– Под ногами все хлюпает, болото что ль тут?
– Видать болото. Так и воды-то с неба вылилось сколь!
– Вы, как я погляжу, спокойны, граф?
– К чему выходить из себя, когда надобно понять, что дальше делать?
– Спокойствие тут трудно сохранить!
– Глядите, вот и живая елка. Большая, с пышной хвоей. Садитесь под нее, а я тут погляжу еще.
– Нет, Алекс, не оставляйте меня, мне страшно так, как никогда в жизни!
– воскликнула Мария и вцепилась в его руку еще сильней.
– Я буду рядом. Успокойтесь, я не уйду.