— Сразу решил вернуться на материк, хотел повидать тебя, узнать, не нужна ли помощь. — Бесхитростно рассказывал Охотник, а я улыбалась, радуясь, что его не затронул всеобщий сдвиг по поводу моего, на самом деле, не проявленного героизма. — Здорово у вас здесь! А почему вы не в Зачаровне? То есть я-то знал, где вы, но все равно удивился, почему принц Эллорн тебя к себе не забрал.

— Думаю, не хочет меня принуждать. — Понижая голос, поделилась догадками с Охотником, поглядывая по сторонам. — Я, конечно, пока не приставала с вопросами по поводу дальнейших планов, но, кажется, он просто ждет, когда очухаюсь окончательно.

Ренди промолчал, но о многом подумал.

— А как остальные, собираются уходить? — Не затягивая, спросила прямо. Скоро появится Эллорн, при нем Ренди мог постесняться говорить откровенно.

— Собираются, вроде. — Озабоченно подтвердил Ренди. — Не все, правда, и не сразу. Не понимаю я их, Ренни. То только и слышал: уйти, уйти, а как возможность появилась: нате вам, тянут чего-то, крутят. То ли не решатся никак, то ли своих здесь оставлять не хотят… Хлопотное время для Охотников.

Уж с этим кто бы спорил!

— Сам-то Эллорн что говорит?

— Мне - ничего.

— Эллорн приглашает к завтраку. — Поправил эльф, появляясь внезапно прямо перед нами. — Охотник Ренди составит компанию?

Я даже не вздрогнула, привыкла, наверное. Ренди подумал, закрыл рот, и кивнул.

Распрощавшись с Ренди, начала исподволь готовиться к трудному разговору, но Эллорн, заглянув мне ночью в глаза, предложил:

— Мы можем уйти отсюда, когда скажешь. Хоть завтра утром.

— Я хотела бы вернуться в Зачаровень. — «И еще мне хочется повидаться кое с кем на прощание».

— Думал, никогда не дождусь… — Признался Эллорн, откидываясь на спину, заложив привычным жестом руки за голову. — Но готов был ждать. Спасибо, что не тянула долго. Кстати, «кое-кто» - Геллен? Он в Зачаровне.

Зачаровень исходил прощальными чудесами, словно предчувствуя скорую разлуку с создателями. Нынешняя осень вообще выдалась на отличку, сами эльфы покачивали головами, пытаясь припомнить, когда еще бывало так жарко в октябре.

Возвращаясь в недавнее, и чего уж таить, не гладкое прошлое, слегка паниковала, предвидя возможный отзвук собственной несдержанности. Эллорн мог вновь воспылать повышенной требовательностью, Король Эманель - припомнить резкость высказываний, да мало ли… Или, наоборот, эльфы, слегка сдвинутые на почитательно-возвышательном моменте, могли довести своими поклонами до нервного срыва. Короче говоря, побаивалась.

Ничего подобного не произошло. Выглядело так, словно я вышла прогуляться, заблудилась в лесу, а теперь Эллорн меня нашел, и все искренне — действительно искренне тому рады.

Сам принц, вопреки себе, совершенно перестал со мною спорить. Не хочу жить в Розовом Дворце? А в каком хочу? В беседке во фруктовом парке? Как пожелаю. Мне не будет одиноко одной? Естественно, где находятся его комнаты, я помню? Конечно, могу приходить в любое время. Можно просто мысленно позвать, он отзовется. — И все в подобном роде.

Безоговорочно предоставляемая независимость, ранее внушившая бы мне серьезные подозрения, теперь понималась проявлением предельного уважения. Уважения тем более ценного, что эйльфлёр, трепетно относясь к личной свободе, не слишком часто задумывались о правах других на временное одиночество.

Во фруктовом парке масса тенистых уголков, но именно в тот, где спряталась я, пришел сначала Эллорн, лег в траву рядом, сплетая принесенные мягкие побеги винограда в красивейший венок, а, чуть погодя, и Геллен без спроса плюхнулся рядом с нами, поерзал, растянулся, положив голову мне на колени. Каков нахал!

— Эллорн, убери от меня это мерзкое существо! — Почти серьезно попросила, памятуя об ехидных высказываниях эльфа накануне по поводу «героического подвига во благо страдающего от тирании жестоких пришельцев населения прекрасного мира». Я огрызнулась: «»что-то ты не торопишься избавлять мир от собственной персоны! на что эльф резонно возразил: «нам нельзя бросать своих, Элирен, «прекрасный мир» — не всегда безобиден». Мне стало стыдно, и я просто промолчала. Вчера.

Геллен с интересом повел взглядом.

— Жарко. — Рассудительно возразил Эллорн. — Не ссорьтесь, дети.

Жара, и в самом деле, превращала в студень любую плоть, рискнувшую выползти из благодатной тени.

— Ладно уж, живи… — Милостиво разрешила, поддаваясь природной кокетливости. — Жаль гнать тебя в такое пекло.

— Ты удивительно великодушна, Элирен. — То ли поддел, то ли попытался польстить Геллен. Я не разобралась, и на всякий случай промолчала. Ворг их разберет, этих эльфов: шутка у них выглядит как клятва, клятва — как оскорбление. Мне уже надоело попадать впросак.